Автор
Софи, 25-летняя журналистка, успешно пишет об отношениях в анонимной колонке, но её личная жизнь остаётся пустой. Семья и подруги не перестают намекать на необходимость найти спутника жизни. Когда близкие начинают выходить замуж одна за другой, Софи вынуждена притворяться влюблённой, чтобы...
Мы одеваемся – Сунита, Изобел, Надин и я облачились в нежно-фиолетовые платья подружки невесты. И вот теперь Джессика думает, что немного ошиблась с цветом (а мне едва удается вовремя прикусить язык, потому что я сто раз пыталась ей об этом сказать). Камилла в лавандовом костюме-двойке, на голове у нее вуалетка (довольно громоздкая), а Джессика – в свадебном платье с длинным подолом и бретельками на плечах, которые скорее служат украшением, но ничего не поддерживают. Подготовка Джессики – целое событие, поскольку фотограф должен запечатлеть знаковые моменты, но Джессика с истерическим смешком вспоминает, что забыла сходить в туалет. Мы делаем остановку возле уборной, а потом снова приводим ее платье в порядок.
Нам приходится спускаться группами. Джессике нужны двое, чтобы зайти с ней в кабинку лифта и помочь с платьем и вуалью: убедиться, что ткань не застряла в дверях и не слишком перепачкалась. У фотографа куча оборудования, а Надин… глубоко беременна. Мы стоим и решаем, как нам спуститься на этих лифтах, миленьких и компактных, но чертовски непрактичных лифтах, – словно решаем задачку, как перевезти волка, козу и капусту через реку.
Наконец все мы оказываемся внизу и пробираемся на задний двор отеля.
Окна зала, где будет проходить церемония, выходят в сад, поэтому мы можем (вернее, просто обязаны) вусмерть нафотографироваться на каменных ступенях непарадного входа, прежде чем войти в зал.
Я начинаю понимать, почему Джессика так серьезно отнеслась к предсвадебной подготовке. Это настоящая спецоперация.
Мы только идем к месту съемки, а я уже морщусь: туфли натерли мне ноги, и я вспоминаю, что даже не пыталась их разносить, а пластыри, которые я бросила в чемодан… остались в чемодане, и поэтому сейчас от них мало проку. Если мне повезет, я смогу забрать их в лучшем случае перед ужином.
Папа уже нас ждет, и я слежу за тем, как на его лице сменяются эмоции: когда он видит Джессику в подвенечном платье, то сначала поджимает губы и смаргивает слезы, стоически пытаясь не заплакать, – а потом широко улыбается, не в силах скрыть радость."
"На это приятно смотреть. Родной отец Джессики и Надин где-то тут… но, что называется, пропал с радаров – как это делал последние лет пятнадцать. Сейчас сестры выросли и общаются с ним немного чаще, и его пригласили на торжество (на свадьбе Надин он тоже побывал), но вести их к алтарю обе сестры просили именно моего отца.
