Метрах в ста от тихой деревни, где я родилась, я оказываюсь перед огромным дворцовым порталом. Роскошные платья и кареты лишь маскируют неуместный мир: отсутствие медицины и права выбора. Я - притворная дама Его Величества, сознательно вынужденная играть роль своей смертельной противоположности. Историческое фэнтези, где каждое слово овеян ароматом веков давних тайн и мечты....
А может, так просто снизу казалось, и окна там были маленькими… Крыша по всему периметру была украшена статуями — я не успела их толком рассмотреть, но они все точно были разными и, если так можно сказать, человеческими. В смысле, изображавшими каких-то людей. С другой стороны, что люди, что сатиры, что эльфы какие-нибудь, какая мне разница, обреченно подумала я.
Больше я не успела разглядеть ничего: мы въехали в ворота и остановились в большом… нет, огромном дворе, почти совершенно пустом.
И — боже мой! — почти чистом.
Глава одиннадцатая
В телевизоре все казалось простым и понятным: замок — балы, красавицы, лакеи, юнкера, в реальности, потому что это была все же моя реальность, мне даже булкой похрустеть никто не предложил, и говоря откровенно, впечатление от замка — или дворца — у меня было двойственное."
"Да, здесь явно прошлись с метлой и хотя бы так не орали, как в городе, и никто не волок гусей прямо перед едущими каретами, народу было не так чтобы много, но бегали они так деловито и хаотично и лица у них были такие озабоченные, что мне показалось — именно тут, на площади перед королевским дворцом, нашли пристанище изгнанные с нашего Черкизона мои коллеги по торговле барахлом.
Но я пока сидела в карете и чего-то ждала. Кучер приуныл, что не удивляло, здесь он был никто и звать никак, чтобы цапнуть меня привычно за плечо и оттащить в королевскую опочивальню.
Мне хотелось есть, очень нужно было посетить важное заведение, меня несколько утешало то, что хотя бы здесь не было так холодно, как могло бы быть. Звучала речь на разных языках, люди мельтешили, я от нетерпения постукивала ногой и готова была начать разносить свою карету. Хуже нет ждать и догонять, но в последнем случае есть хоть цель.
— Теплый апрель в этом году, — вдруг услышала я, и нога моя, отбивавшая ритм, так и зависла. Апрель? В снегу по самые уши? Хорошо, что не июль, подумала я, а чем еще я могла себя утешить?
Потом кто-то распахнул дверь кареты, отскочил в сторону, я пару секунд помедлила, решая, что делать — выходить или нет, кучер свое дело сделал и мог с чистой совестью проваливать, и с этой минуты мне предстояло как-то справляться самой.
Все это было не очень вовремя. Я все еще рассчитывала, что у меня будет возможность удрать, я прикидывала варианты, но после встречи с лезарами вынуждена была пересмотреть свои планы.
