Автор
В розовой кофточке и белых кроссовках она кажется привидением — неуловимой тенью в сером мире. Главная героиня знает свое достоинство, но предпочитает держаться на расстоянии. Каждый шаг в жизни подростка сопряжён с опасностью: кто-то хочет убрать ее за пределы видимости, кто-то — спрятать в тени....
"
"– Ерунда, там отличная бухгалтерия.
– Но у меня нет специального образования.
– У меня тоже, – парировала Ленка и, видя, что мои аргументы иссякли, радостно воскликнула: – Дашутка, ну согласись, совсем ненадолго, месяца на два.
– Почему на два?
– Есть в том магазине, – задумчиво пробормотала Ленка, – одна особа, Алла Рюмина, на первый взгляд очень подходит для директорского кресла. Опытная, хваткая, работает в книготорговле всю жизнь. Я прежних сотрудников магазина выгнала, ее одну оставила.
– Так в чем дело? – обрадовалась я.
– Что-то меня удерживает от этого поступка, – вздохнула Ленка.
– И что же?
– Не знаю, – пробурчала Лена, – вот и решила такую штуку сделать. Ты поработаешь месячишко-другой, а я посмотрю, как Аллочка себя поведет. Ну что для нее важнее: успех дела или личные амбиции.
– Эксперимент ставишь?
Подруга кивнула:
– Можно и так сказать. Ты мне помоги, ну, пожалуйста!
– Вдруг не получится?
– Уволю с позором, – хихикнула подруга, но, увидав мое вытянувшееся лицо, рассмеялась.
– Не дрейфь, там и зеленая мартышка справится, было бы желание.
Понимая, что она меня сломила, я все же пыталась сопротивляться из последних сил:
– Вот поговорю сегодня с домашними, вдруг они против?
– Они за, – припечатала Ленка. – Все, как один, считают, что тебе полезно встряхнуться. А то, как сказал Кеша: «Мать стала похожа на сыр «Камамбер».
– Это в каком смысле? – удивилась я.
– Это в том смысле, что плесенью покрылась, – сообщила Ленка, – ладно, толковать больше не о чем.
– В десять! – ужаснулась я. – Это же надо в восемь встать.
– Ну и что?
Конечно, ничего. Будучи преподавательницей французского языка, я вскакивала ни свет ни заря, но за годы безделья ни разу не проснулась раньше пол-одиннадцатого.
– В восемь самое время вылезать из-под одеяла, – заявила Ленка, – долго спать вредно.
Ну, с этим, пожалуй, можно поспорить.
– Все, – хлопнула Карелина ладонью по дивану, – обсуждать больше нечего.
Назавтра, ровно без пяти десять, я вошла в магазин. Группка оживленно переговаривающихся девушек притихла, потом одна сказала:
– Извините, мы откроемся в одиннадцать.
Я хотела было спросить, где Ленка, но тут подруга ворвалась в зал и резко приказала:
– Все наверх, в кабинет директора.
Через пять минут в довольно небольшом помещении стало тесно.
