Сидя с парнями, мы болтаем о всякой ерунде, пока я медленно допиваю свое пиво, не желая напиваться сегодня до чертиков. Алкоголь и я больше не совместимы. Я всегда думал, что могу держать себя в руках, но теперь, каждый раз, когда я пью, я достаю свой гребаный телефон и превращаюсь в озабоченного подростка, отчаянно нуждающегося в младшей сестре своего лучшего друга.
Я должен сохранять хладнокровие сегодня вечером, особенно учитывая, что она где-то здесь.
Я не ищу ее. Мне не нужны проблемы сегодня вечером, но я чувствую ее присутствие, чувствую этот ослепительный зеленый взгляд, устремленный на меня с другого конца клуба. Я отчаянно хочу ее увидеть, отчаянно хочу прижаться к ней и притянуть ее к своему телу, и именно поэтому мне нужно держаться сегодня на расстоянии.
Как, черт возьми, я должен скрывать это перед Остином? Мой единственный план — напоить его настолько, насколько это в человеческих силах. Я люблю этого парня, но он, блядь, ничего не замечает, когда выпивает. Более чем довольный своим планом, я направляюсь к бару и разговариваю со своим менеджером бара, указывая на Остина и нашу группу и давая ей понять, что все, что они захотят, сегодня вечером принадлежит им. Еда, напитки, гребаные личные танцовщицы — моя команда должна воплотить это в жизнь. Затем, поскольку я не в состоянии отложить работу даже на секунду, я проверяю повседневную ерунду и убеждаюсь, что все идет так гладко, как я ожидаю.
Возвращаясь к нашей кабинке, я поднимаю взгляд и вижу Аспен и Бекс, зажатых между группой парней, и мне чертовски действует на нервы то, что все они смотрят на нее, как на гребаную еду, но что действительно поражает меня, так это то, как чертовски великолепно она выглядит в этом фиолетовом платье с металлическими вставками. Оно крошечное и едва держится на тончайшем ремешке. Неудивительно, что эти ублюдки не могут оторвать от нее глаз. Я не могу их винить, как и себя.
Эта неделя была чертовски тяжелой. Я становлюсь зависимым, и не думаю, что у меня хватит сил сопротивляться. Если бы она отменила все это, правильным поступком было бы уйти, не оглядываясь назад, но, если быть до конца честным, я думаю, что упал бы на колени и умолял ее не бросать меня.
Когда я не рядом с ней, я страстно желаю ее.
Когда я не внутри нее, мне нужно быть там.
И когда я кончаю в нее, я желаю того, к чему ни один из нас не готов.
Я в полной заднице.
Мне кажется, я влюбляюсь в сестру своего лучшего друга — единственное, чего я всегда клялся никогда не делать.
Добравшись до кабинки, я захожу за нее, не желая рисковать и подходить к ней слишком близко, не тогда, когда все эти взгляды устремлены на нее.