Я приехал в лесистое поселение под названием Воронье Гнездо на летний отдых, где оказался не просто запертым внутри себя, но и окружённым тёмной магией и древними тайнами. Здесь каждый камень мог говорить о давно исчезнувших жителях, а каждое деревце притягивало к себе старые истории....
И кажется, после упоминания о Катюхе он наконец-то осознал, что его злость на Семена была неоправданна.
* * *Приглашение на день рождения все же пришлось принять. Толстый праздновал его возле клуба – ребята жарили мясо на мангале, слушали попсу. Девчонки танцевали, парни стояли кру́гом, громко разговаривали и смеялись. И только именинник сидел особняком в сторонке и смотрел в одну точку.
Меня волновало быстро опускающееся за горизонт солнце, но из-за большого количества молодежи я старался мужаться. Не нападет же мертвяк на такую толпу.
"А народу и правда было много, кого-то я даже ни разу не видел до этого. Глеб сказал, что здесь сегодня собрались почти все деревенские, за исключением взрослых.
Друзья Толстого проигнорировали нас, но я только обрадовался этому. Выяснять отношения в очередной раз не было никакого желания. С Ингой мы поздоровались и даже улыбнулись друг другу, хотя я думал, что после последней встречи она будет избегать нашу компанию.
В конце концов мы подошли к Толстому, и Глеб сразу спросил:
– Как ты? Держишься?
Толстый вздрогнул, выныривая из собственных мыслей, покосился на меня, но быстро перевел взгляд на Глеба, потом пожал плечами.
– Васек сказал, что тебе что-то привиделось. Расскажи подробнее.
– Ага, привиделось, – буркнул Толстый долгую минуту спустя. – Посмотрел бы я на Васька, если бы ему подобное привиделось.
– Ну так что ты видел?
– Призрака, – выдохнул Толстый. – Мертвеца! Он будто смеялся надо мной. Песни пел.
– Песни? – Я, не удержавшись, вклинился в разговор.
– А есть разница? – возмутился Толстый.
Мы с ребятами переглянулись, и я еле сдержался, чтобы не захохотать. Понял, что Толстый увидел Семена, и развеселился. Хотя это значило еще и то, что горе-свидетель никак не поможет нам с новым отпечатком.
– Ванек, – осторожно начал Глеб, – обычно, если призраки поют, значит, они дают подсказку. Например, как их упокоить.
– А мне это зачем? Я ничего не собираюсь делать, и уж тем более упокаивать мертвецов… Пусть вам мерещатся, раз вы этим занимаетесь.
Как я и предполагал, разговор с Толстым шел туго. Парень был близок к истерике, а такое состояние до хорошего вряд ли доведет. Вытянуть из него что-либо не представлялось возможным, Толстый сразу начинал беситься или умолкал. Он увидел призрака, наконец-то уверовал в потусторонний мир, но почти слетел из-за этого с катушек. Знать, что в деревне происходит чертовщина, и видеть все собственными глазами – разные вещи.