И снова ночь накидывает темный покров над город. Звезды прячутся за обветшалыми крышами домов, словно ожесточенные битву с ночью. В этом холодном свете крепость выглядит еще более массивной и напугающей. Большая луна поднимается в небо, ее свет придает городу загадочный оттенок....
В Илье всколыхнулось неведомое раньше чувство патриотизма и гордости за родной город.
- Если хотите знать, в Москве одних жителей будет миллионов девять. Да еще приезжих сколько, - с жаром произнес он.
- Ну это ты лишку хватил. Это ж какой детинец надо построить округ кремля, - покачал головой старик.
- Да, там от кремля до окраин пешком за день не дойдешь, - со знанием дела кивнул Илья.
- А как же столько народищу в одном городе живет? Это ж с кажным поздороваться и то сколько времени надобно.
"- Со всеми здороваться - язык отвалится. Там же целые толпы. Многие люди вообще друг друга не знают.
- Как же в одном городе жить и друг дружку не знать? Не по-людски это. Такому не бывать.
- Вы мне не верите? Я же не зря в вирие побывал.
Илья привел последний железный довод. Как всегда, упоминание о том, что он пришелец из рая, подействовало безотказно. И на этот раз старик прикусил язык и больше не возражал. Однако, похваляясь даром ясновидения, Илья не подумал, что роет себе яму.
- Ну и леший с ней, с Москвой-то. Пущай там живут, как хочут. Ты мне лучше скажи, что с нами-то станется? А то ведь времена смутные. С севера шведы рвутся. На юге половцы озоруют.
- Все обойдется. Сначала шведов разобьют на Неве. За это Александру дадут прозвище Невский. А потом им еще на Чудском озере достанется.
- Эвон как! Ежели ты будущее, как нынешний день, видишь, знать, в тебе дюже сила большая, - с уважением произнес Строжич.
Слова старого колдуна вдруг открыли перед Ильей новую перспективу. Перед ним замаячила слава русского Нострадамуса.
«Вот был бы прикол, если бы я предсказал все войны раньше Нострадамуса! Мол, отдыхай, дядя. Все уже сказано до тебя», - подумал Илья и тотчас пожалел, что не уделял должного внимания истории. С датами у него дело обстояло плоховато. Впрочем, Нострадамус тоже особой точностью не отличался. Вечно говорил какими-то загадками. Да и в датах, кажется, путался.
