Вечер превращается в нечто мистическое и загадочное, когда персонаж оказывается в центре непонятных явлений. Марта, уставшая от выбора жизни, погружается в мир призраков и теней. Огонь на полуслове становится не просто источником тепла, но и свидетелем странных событий, которые тянут её вглубь бесконечной дымки....
Потом Март окончательно пришел в себя и приподнялся, обнаружив, что его движения не сковывают узкие стенки гроба – вокруг много места в ширину и мало в высоту. Удалось только неловко сесть, практически упершись макушкой в доски над головой.
Март поводил руками вокруг – ладони нащупали влажную холодную землю, никакого настила. Потом пальцы наткнулись на что-то гладкое и тоже холодное. Похоже, на какую-то банку.
Выходит, скрипели действительно половицы. А он сам оказался в погребе.
Не рискуя и не зажигая свет – все-таки кто-то вышагивал по скрипучим половицам совсем близко – Март потянулся к своему дару и обнаружил то, о чем уже догадался: резерв был наполовину пуст.
Настораживало то, что резерв при таком выбросе должен был быть опустошен куда сильнее. А это значило, что либо Март ошибся в оценке растраты энергии, либо что он провел в погребе гораздо больше времени, чем ему показалось.
Тело затекло и плохо слушалось, поэтому второй вариант был вероятнее, но и гораздо хуже первого.
Март сцепил зубы и перевел участившееся дыхание. Судя по всему, он пролежал тут немалое количество времени, поэтому спешка уже ни к чему.
Прошелся ладонями по своему телу: на месте оказались и плащ, и обувь, и даже кольцо на пальце. Его не раздели, не связали и, учитывая кольцо и оставшийся в сапоге нож, даже не разоружили. Неужели сочли мертвым?"
"Мартин поменял положение, встав на колени и окончательно упершись головой и плечами в доски, коснулся кольца-накопителя, и теплая энергия потекла от пальцев вверх, наполняя полупустой магический резерв.
Шаги на «потолке» стали громче, а голоса различимее. Говорили двое: мужчина и женщина.
– Нет, я так не могу, – сказал дрожащий женский голос, уже хорошо знакомый магу. – Сколько еще он будет там лежать?
Заскрипел ножками по половицам стул; шаги смолкли. Последовал женский всхлип.
А затем наступившую тишину разрезал молодой мужской голос:
– Не реви! Сколько тебе говорить? Мы не можем его вынести, пока поблизости вынюхивает Гильдия магов.
– Видела, – тяжелый вздох.
– И сжечь не можем, – продолжал мужчина. – Соседи заметят дым. Пусть полежит. – Смешок. – Не испортится, в подполе холодно.
Что правда, то правда. Не будь на нем плаща, не факт, что Март и вправду не замерз бы до смерти, прежде чем очнулся.
