Придешь? — басит тот первый.
— И невесту приводи, если не боишься, что отобьем? — ехидничает второй.
— А Кроу-то, оказывается, горячая штучка! А, Парни? А с виду-то скромница! — удивляется третий.
— Просмотрели! — досадует второй
— Скромницы, они такие. Я-то знаю, — размеренно басит первый как гигантская морская раковина.
— Отбивалки поберегите, и зубы, — в голосе моего невольного жениха чувствую ухмылку и слышу неприкрытую угрозу.
От очередной скабрезности удаляющихся прочь однокурсников Арес только отмахивается и снова поворачивается ко мне:
Мои руки больше не прижаты к стене над головой, но он по-прежнему удерживает запястья.
— Угу, — киваю, не поднимая глаз и в кои-то веки радуясь, что непослушные волосы упали на лицо. Прошу без особой надежды: — Пусти?
К моему удивлению, Арес действительно отодвигается в сторону, но моя левая рука так и остается в его ладони. Тянет к свету:
— Что это? — он поворачивает ее, разглядывая золотые песочные часы на моей коже. Касается линий большим пальцем, отчего снова вдоль позвонков бегут приятные иголочки, и что-то ухает внизу живота так, словно падаю с высоты вниз. Даже голова слегка кружится, вынуждая ухватиться за плечо светлого.
— Это… Император сделал. Поставил печати. Всем нам. То есть, тем, кто на второй этап экзамена прошел, — отвечаю, мямля и путая слова из-за неловкости.
Арес, опускается на низкий подоконник, и не думая освобождать мою руку.
— Но остальным-то было, — предвосхищаю его вопрос. — Это же из-за… — касаюсь ладонью места на своей груди, куда впиталось крылатое солнце.
Арес хмурится. Не сразу, но кивает.
— Как ты думаешь, Ридрих что-то заподозрил? — перехожу на шепот, когда беспокойство вытесняет все прочие эмоции.
Прежде чем ответить, светлый пристально рассматривает рисунок. Зачем-то нюхает его и вдруг касается легким, но обжигающим поцелуем.
Раньше, чем я успеваю сообразить, что делаю, вцепляюсь пальцами свободной руки в его плечи.
— Странный эффект, — усмехается Арес и наконец отпускает меня. Поднявшись на ноги, убирает упавшие мне на глаза волосы. Приподнимает лицо за подбородок и заглядывает в глаза: — Надо подумать, как следует, что это может значить, а пока… Возвращайся-ка к себе, дайири, и готовься к вечеринке.
— Готовиться к вечеринке? — моргаю, пытаясь отыскать на его лице признаки того, что он шутит. — Не пойду в эту вашу «Драную кошку». Даже не надейся!
— «Вареную кошку», — поправляет меня светлый. — И платье надень поприличней. У нас с тобой свидание как-никак.