На тронном возвышении царственного правительницы ослепляющий свет не мог скрыть ее реальную тоску и одиночество. Корона из серебра, словно гробница, с угрюмым безымянным лицом шла по белому миру венца до самых подлокотников кресла, где едва видны были ее дрожащие руки....
— Откуда он может что-то знать? — напряженно заметил Шади. — Мы же нигде не засветились!
— Ты в этом уверен? — анализируя ситуацию, Нардан повернулся к лошади и продолжил прерванное появлением юноши дело.
— Абсолютно, — последовал категоричный ответ.
— Тогда остается только подождать, что он будет дальше делать, — сделал вывод мужчина. — Если что, мы скроемся в лесу. Там нас никто найти не сможет. Этот лес слишком боятся.
— А ты, значит, не боишься? — с долей здорового скептицизма заметил Ариашари.
— Я там уже был и не раз. Ничего жуткого не встретил. Обычные звери, — немножко помолчав, он вернулся к первоначальной теме разговора. — Так что теперь, просто будь внимательней. Я, на всякий случай, подготовлю наши вещи, чтоб в любой момент можно было свалить.
— Юнгу ничего не скажешь?
— С чего бы? Он мужик умный. Поймет, что нас не сожрали и не убили, когда увидит, что мы не с пустыми руками ушли.
Остановившись на этом варианте, они разошлись каждый по своим делам.
Темнота подкралась незаметно, свалившись как снег на голову. Жарко горящие костры едва-едва разгоняли мрак. Гуляющие на границе света тени заставляли опытных воинов сжимать оружие и нервно озираться. В такой гнетущей обстановке прошел весь вечер и, вопреки сложившейся традиции, сегодня никто не стремился рассказывать истории у костра.
Так получилось, что Нардану и еще двум воинам выпало дежурить в первую смену, и он остался сидеть у костра. Дежурство предполагало регулярный обход лагеря по периметру, но пока никто еще не улеглись и не угомонились, можно было посидеть спокойно.
— Иди спать, незачем тебе тут сидеть! — грозно хмурясь, Нардан пытался прогнать Ариашари от костра в палатку. Тот никак не хотел уходить, всячески сопротивляясь.
— Не хочу, мне одной страшно! — взвыл в голос парень, трагически заламывая руки и кося хитрым глазом на тихо звереющего графа.
— Ну, чего ты боишься? Вокруг толпа вооруженных воинов, — привел железный аргумент мужчина.
