На тронном возвышении царственного правительницы ослепляющий свет не мог скрыть ее реальную тоску и одиночество. Корона из серебра, словно гробница, с угрюмым безымянным лицом шла по белому миру венца до самых подлокотников кресла, где едва видны были ее дрожащие руки....
— Все, я готов, — сообщив это, парень подхватил с пола сумку и направился к одному из совершенно одинаковых проходов."
"— Безмерно рад! — Ехидный взгляд голубых глаз был ему ответом.
«Да что это чучело разрисованное себе позволяет? — возмущался про себя Нардан, сверля взглядом спину спутника, уверенно шагающего чуть впереди. — Удавил бы….» О причинах возмущения было решено подумать позже.
Как и полагалось любому уважающему себя тайному ходу, коридор вилял, ветвился, щеголял толстым слоем пыли и впечатляющими зарослями паутины.
Продираясь сквозь эти пыльные заросли, Нардан начал верить, что скоро окажется на свободе. А значит, неплохо было бы продумать план дальнейших действий. Первым делом, следовало где-то схорониться на пару дней. Разведать обстановку в городе. Выяснить, что изменилось за то время, что он сидел в тюрьме. Наверняка, заговорщики, Нардан непроизвольно поморщился, разбежались словно крысы, как только стало известно о его аресте.
Пока граф предавался невеселым мыслям о мотивах своих поступков, приведших к столь печальному результату как смертный приговор, оказалось, что они уже пришли. Нардан умудрился пропустить момент выхода на свежий воздух. Внезапно открывшийся вид грязной подворотни, слабо освещенной лучами заходящего солнца, явился полной неожиданностью.
— Так. Где мы?
— Это восточная часть города. Район центрального рынка. Где-то тут еще должна быть пекарня, — говоря это, Ариашари с любопытством наблюдал за деловито оглядывающимся графом.
Поведение мужчины его веселило. Тот так забавно злился, что сложно было удержаться от провокации. Но он старался. Все-таки, им долго еще быть вместе, и Ариашари в этой ситуации был стороной зависимой. Он совершенно не ориентировался во внешнем мире.
