В забегаловке на краю города, где атмосфера напоминает о забытых местах, команду полковника Багирова собрали для разговора с генералом Каручаевым. Гнев и тревога пронизывают каждое слово в дружной компании, где каждый знает значение каждой фразы.
Отец не оставил их нищими, фундамент был, но я точно знаю, что они всего добились сами. Не от Мирона знаю, он бы не стал о таком говорить, а я не спрашивала. Я столько раз слышала, как отец ставил Юрке в вину, что он не такой, как Багировы.
— Тебе нравится? — взяв мое лицо в ладони, негромко спросил Мирон. Я хотела мотнуть головой, не дал. Видел, что нравится.
Слишком внимательный, проницательный, заботливый. Во взгляде столько любви и тепла, что я точно сейчас, как дура, разревусь. Он во всем особенный. Все самое лучшее для меня.
— Мирон…"
"— Берем, — обращаясь к консультанту. — Обручалки выберем без камней, — думает, нашел довод, чтобы меня успокоить. У меня были драгоценности этого бренда, папа дарил на дни рождения, тогда я не задавалась вопросом, сколько это стоило. Наверное, за последнее время я резко повзрослела. Пусть поездка в Сирию навсегда оставила во мне след, но этот опыт нельзя больше сравнить ни с чем.
Всю дорогу я любовалась кольцом. Уже открыто, потому что видела, что Мирону нравится моя реакция. Когда мы вышли из бутика, я попросила его больше не совершать таких трат. Мне заткнули рот поцелуем и повели к машине.
— Ты не будешь ни в чем нуждаться, Аврора. Я способен содержать свою семью на должном уровне, — я понимала, что он хотел сказать этим заявлением.
И начала я с того, что забрала обручальные кольца из бардачка и положила себе в сумку.
— Вдруг в машину залезут воры, — объяснила свой поступок. Кольца обручальные без камней, но ценник на них… Немного не хватило до шести нулей.
Север забрал из багажника пакеты и цветы, букет передал мне. Мы купили их для Али. В пакетах кондитерка и подарки.
Дверь нам открывает Ярослав. Лицо немного помятое, волосы причесывает рукой.
