В забегаловке на краю города, где атмосфера напоминает о забытых местах, команду полковника Багирова собрали для разговора с генералом Каручаевым. Гнев и тревога пронизывают каждое слово в дружной компании, где каждый знает значение каждой фразы.
Не хочу даже думать, что его может не стать…
Пожалуйста, заберите его в больницу!
— Аврора, нас будут информировать о ходе операции, — произнес Север. Он стоял за моей спиной, если я сделаю шаг назад, то прижмусь к его груди. Мне так хотелось сделать этот шаг, почувствовать его тепло… защиту…
— Разве больница где-то рядом? — удивленно."
"— Прямо здесь. У Иссама — дяди твоего Тарика — здесь подпольные операционные. Я не знаю точно, чем они промышляют, и не собираюсь выяснять. Тебе тоже советую сделать вид, что ты ничего не поняла.
Холодок тревоги ползет по позвоночнику. Любая подпольная деятельность — всегда что-то опасное. Надеюсь, они спасут Юрку, и мы спокойно выберемся отсюда…
Глава 22
Аврора
Шесть часов ожидания.
Несмотря на то, что нас обещали держать в курсе событий, ничего не происходило. Никто ни разу не заглянул к нам. Даже Тарик остался в доме своего дяди. Он-то мог выйти и успокоить.
А если там все так плохо, что успокаивать просто нечем…
Отгоняя от себя дурные мысли, продолжала мысленно молиться.
Эти часы я провела у окна в ожидании. Ждала, что хоть кто-то появится и расскажет, как у моего брата дела. Когда его доставали из багажника, выглядел он плохо.
В главном доме кипела жизнь, выходили и заходили люди, к нам несколько раз заглядывала охрана, но никто не обмолвился ни словом. Моя тревога натыкалась на стену человеческого безразличия.
Багиров, откинувшись на спинку дивана, дремал, а может, просто давал отдохнуть мозгу и глазам, ведь не спал почти двое суток…
Каждый раз, когда кто-то входил, он открывал глаза.
— Нас слушают? — негромко спросила, догадываясь, что он не просто так ходит по комнате.
— Нет, камеры пишут без звука, — твердо и уверенно. — Ты ведь понимаешь, что операция может занять много часов? — обратился ко мне, останавливаясь рядом. — Зачем себя мучить? В ногах правды нет, присядь и поешь, — кивнув на нетронутый поднос.
— Не хочу, — мотнув головой. Действительно не хотела. То ли нервы, то ли жара.
— Откуда ты знаешь Каручаева? — ожидаемый вопрос. Несмотря на ровный тон, я чувствую, как внимательно он следит за мной.
— Мы росли вместе, — глядя прямо ему в глаза. Я ведь не солгала.
— Вместе? — я не сомневаюсь, что информация его удивила, но он ничем это не показал. — Как твоя фамилия? — задает прямой опасный вопрос.
