В забегаловке на краю города, где атмосфера напоминает о забытых местах, команду полковника Багирова собрали для разговора с генералом Каручаевым. Гнев и тревога пронизывают каждое слово в дружной компании, где каждый знает значение каждой фразы.
В палату вошел врач и выставил меня за дверь.
— Он не проснется несколько часов, зачем сидеть возле него? Возвращайтесь к себе, — достаточно грубо. Мне даже перехотелось его благодарить за то, что он спас Юрке жизнь. Попрощавшись с Владимиром, я ушла. В коридоре ждал охранник, который проводил меня до моей каморки.
Следующие дни превратились в череду ожиданий и встреч с братом. Тарик постоянно пропадал. Возвращался раздраженный. На мои просьбы позволить увидеться с братом негативно реагировал.
— Ты же видела его сегодня, с ним все в порядке! Или ты думаешь, что весь день я должен заниматься тобой и твоим братом? — сорвался он на четвертый день, громко хлопнув дверью, выбежал из моей спальни.
Я потрясенно опустилась на край постели. Тарик уже второй день мнется, будто что-то хочет спросить или сказать. Злится, что я его не выслушала? А должна была? Раньше я его всегда поддерживала, но то время безвозвратно ушло. Теперь между нами стена, которую не преодолеть."
"Весь следующий день он не приходил, будто хотел наказать, отказав в свидании с братом.
Когда он появился поздно ночью, я не спала. Лежала поверх одеяла с закрытыми глазами, но сон не шел. Я услышала шаги в коридоре и насторожилась.
Появление Тарика встревожило.
— Что ты здесь делаешь? — я отодвинулась к краю кровати, когда он присел на другой край.
Молчание. Тяжелое, тревожное.
— Я хочу с тобой договориться, — произносит Тарик. Я вижу, что нервничает, дергается. Нехорошее предчувствие накрывает с головой.
— О чем? — подозрительно. Он не спешит отвечать. Когда он подрывается и идет к двери, я готова вдохнуть полной грудью, но он останавливается, резко оборачивается.
— Займись со мной сексом, и я тебя отпущу, верну тебя твоему русскому…
Глава 50
Аврора
Ушам своим не верю. Может, я что-то не так поняла? Все-таки английский не мой родной язык. Надеюсь, он хотел сказать что-то совсем другое, но отвращения уже заползало в душу, сворачиваясь там змеей.
— Повтори, — не получается скрыть истинных чувств, там и злость, и недоумение. Хочется вцепиться ему ногтями в лицо и расцарапать кожу до крови.
