Сколько я еще буду страдать по чужой жене? Как выдернуть ее из сердца: предательницу, мелкую корыстную шлюшку?
— Запоздали отчеты, где-то на три месяца, не находишь?
— Так я со всей ответственностью подошел! — упирался управляющий.
А ведь банковская проверка нашла растрату, хотя внутренние отчеты выглядели идеально… И со сроками Виталий не зря тянул — заметал следы?
— Я приеду, — решил. — Готовь отчеты и людей подготовь. Перед финальным утверждением Совета акционеров, хочу все тщательно проверить.
— Да-да, приезжайте, проверяйте, — даже интонации в его голосе словно насмехались надо мной.
Все же не получится у меня начать новую жизнь, пока тянет старая. И тянет серьезно. Я уже чувствовал предвкушение оказаться в одном городе с Ташей, случайно зайти в интернат и застать ее там. Встретиться, зажать в углу, конечно в насмешку! Хотя внизу немилосердно заныло и запульсировало, напоминая, что у меня чертовски долго не было нормального секса и отношений.
Когда я последний раз был с женщиной? Ведь последней была она? Наташа?
— Твою мать! — вот если бы в насмешку можно было бы выебать ее в том же углу! А потом извиниться, развернуться и уйти.
Только хрен! Я ведь захочу ее забрать, оставить себе. Знаем, проходили.
И все равно, как дурак, летел на встречу. Хотя к общему возбуждению примешивалась горечь, как будто знал, как чувствовал…
Я смотрел на ее живот и меня перекручивало через мясорубку. Вот значит, как, сбежала от меня к мужу, а теперь ждет от него ребенка? А я? Я ничего для нее не значил? Попользовалась и выбросила?
— Ждете пополнения в семье? Не знал… Поздравляю, — с трудом процедил я, зная, что сбегу отсюда сегодня же.
Просто не вынесу быть рядом с ней и не схватить, не вытрясти из нее прощение…
Хотя зачем мне оно? Мне не нужно прощать — я уже простил. Я просто не могу смириться, что она выбрала его… Это меня надо трясти, чтобы выбить эту потребность в ней!
— Спасибо. Теперь поговорим о доле?"
"Я снова посмотрел на ее аккуратненький животик.
Лечь под мужа сразу после меня? Подарить ему то, чего лишили меня? Какая пощечина. Даже в том, что за своего ребенка именно в этом животе, я готов был продать душу со всеми акциями вместе взятыми.
А теперь я снова теряю всё, до полного обнуления. Теперь меня здесь не держит абсолютно ничего…
— Я просчитался, Виталий. Просчитался. — Я так и не смог поднять на нее взгляда, мог только выдавить: — Будь счастлива.
И позорно сбежал.
