Я знала босса резким, нетерпеливым, безумным, но эта сторона показалась неожиданной и удивительной… Нежное касание губ к моим, трепетное поглаживание кожи пальцами, тихие вздохи каждый раз, когда он отстранялся, словно испытывает боль, если не касается меня.
Я растворялась от его прикосновений, от его поцелуев, растекалась по Марку, забывая про кинотеатр, предательство мужа, домогания губернатора. Всё это будет потом, а сейчас мое сердце пело от любви, тело искрило под его пальцами, и я верила, что такое закончится не может.
Не должно.
Заведенная до предела нежностью, я с облегчением приняла его твердость в себя, задыхаясь от наполненности и задвигалась навстречу моей любви, отмечая малейшее изменение в отклике Марка.
Он не сводил с меня глаз, любовался, боготворил. Ему нужна была я, только я, как глоток воздуха, как луч согревающего солнца. Только под его взглядом, в его руках я чувствовала себя богиней.
Пик наступил быстро, выкинув меня из реальности, заставляя сжиматься от сладких опоясывающих спазмов, ощущать пробегающие токи от головы до ног, так что уши горели, а пальцы сводило судорогой.
И я не могла прекратить чувствовать его. Марк был со мной, все еще связывающий, все еще боготворящий, дарящий мне мой нереальный рай.
Я обнимала его в этом мире и в том, обхватывая руками, ногами, трепещущими мышцами. Он содрогался рядом со мной, во мне, снова и снова заставляя дрожать меня в ответ. И это было прекрасно…
Мы затихли под финальные аккорды фильма, пытаясь отдышаться и прийти в себя.
В зале зажегся свет… Босс тихо выругался, достал телефон и набрал чей-то номер:
— Мы решили остаться еще на один сеанс. Где-то с половины фильма потеряли суть сюжета. Запусти повторно? И выруби уже к чертям свет!
Я захихикала, уткнувшись в ворот Марка, обнимая его за шею, чувствуя пульсирующую артерию под рукой.
— Ну что, попробуем со второй попытки досмотреть фильм?
Я кивнула, сползая с босса и доставая из сумочки влажные салфетки.
— Черт, прости, но когда ты вот так себя ведешь, я забываю про презервативы, — с сожалением проговорил Марк, следя, как я стираю с бедер следы его выплеснутой страсти.
— Я всегда веду себя одинаково, — проворчала я, заворачивая салфетки в пакет и убирая в сумку.
— Вот в этом и проблема, Таша… В этом и проблема.
Я обернулась к Марку, который даже не пытался поправить брюки.
— Боюсь, я с тобой ни один фильм до конца не досмотрю, — буркнул он, крутя между пальцами квадратик с презервативом.
