Подруга Лиза так же пустышка, не способна ни при чем, цепляется за мужа, уговаривая его оставить любовницу и возвращаться домой. Загорается раздражительность и головная боль накалена до предела. Лежу без сну и лекарства не помогает, мучительно болит мозг, словно сама тянется к нему молоточком, пытаясь вытащить из глубин ужасные мысли....
"
"Я поспешно отвожу глаза в сторону и смотрю на его спутницу. Какая-то молоденькая блондинка с ярко-голубыми глазами. Странно, но чем-то похожа на меня. Смотрит с восторгом и обожанием на своего спутника, не реагирует ни на что вокруг. Впрочем, в свое время я точно так же смотрела на него, и весь мир мог подождать.
— Фирменное блюдо вашего ресторана и красное полусладкое, — вздрагиваю, когда меню резко закрывают, испуганно смотрю в потемневшие зеленые глаза.
Неприятный холодок ползет вдоль позвоночника, от страха дышу часто и поверхностно.
14
* * *— И на эту жизнь ты променяла меня? — подпрыгиваю на месте, услышав голос за спиной. Оборачиваюсь, рука сжимает ворот куртки, в панике озираюсь по сторонам, с явным облегчением выдыхаю, заметив за спиной Артёма прохожих.
Возле запасного выхода между домами никого нет. И то, что где-то рядом люди, немного успокаивает, но руки все равно начинают мелко дрожать.
На улице светло, бояться, что нападет при свете дня, глупо. Артем хоть и поднимал руку, но это происходило наедине, когда рядом никто из посторонних не присутствовал. В моих интересах находиться с ним на людях, в случае чего можно закричать.
— Ты меня напугал.
— Да ладно? Отвыкла от меня? — ухмыляется, медленно скользя по мне оценивающим взглядом.
— Раз ты здесь, думаю, можно договориться по поводу встречи, чтобы я отдала тебе ключи от квартиры и машины.
— Ты себе папика нашла? — угрожающе двигает челюстью, опасно прищуривая глаза. — Хотя… какой папик, раз ты работаешь официанткой. Наверное, какой-нибудь слесарь из ЖЭКа.
— Тебе какая разница, сам тоже зря время не теряешь, — задираю подбородок, Артем в два шага преодолевает расстояние и хватает меня за локоть, дернув на себя.
— Что позволено Юпитеру, не позволено быку. И ты, моя дорогая женушка, забываешь свое законное место, — его глаза блуждают по моему лицу. Еле дышу от страха, так как Артем похож на безумца, у которого случилось обострение болезни. Глаза лихорадочно блестят, губы подрагивают, и весь он в каком-то напряжении.
— Ведьма, — шепчет, прислоняясь к моему лбу.
