Автор
В мрачном храме гостей ждала лишь неистовая и опасная жизнь: мама тянула руки к теткам, а священнослужитель рубил печеньице скрытой рукой за алтарной чашей. Внутри было как в зловещем кошмаре, но гости устали от ждут и веселились над смехотворными махинациями семьи Фьорре....
Он убил Диана, потом Вороша, после методично выслеживал Кастора, и, думаю, не случись моего возврата в прошлое, рано или поздно он убил бы и его. На нем опробовали весь арсенал Сопределья, но тот, словно заговоренный, избегал ловушек, обходил засады, а в моменты тщательно спланированных атак проваливался под землю, как, в общем-то и подобает приличному ифриту.
Он вел это наступление и подчиненные называли его «Хисс, видящий сны», хотя видит бог, не очень-то он походил на сновидца. Он был поход на древнюю индийскую статуэтку — смуглокожий, плавный и неспешный, с круглыми черными глазами, он вызывал у меня животный протест.
Пламя утихло. Анвар застыл в атакующей стойке, отслеживая золотыми глазами каждое микродвижение Хисса. Ворош и Диан были уже далеко, сдерживая расползающуюся черную массу ифритов, за которыми лезли перевертыши. Храм превратился в муравейник, облепленный черной биомассой.
— Отпусти ее, Хисс, — голос Анвара упали до четырех герц.
Та опасная частота, от которой ломило в висках, а сердце тряслось, как заячий хвостик.
Кажется, он знал Хисса. А судя по тому, как плотно меня вжало в теплый обнаженный бок, Хисс тоже неплохо знал Анвара."
"— Он живой еще? — сказал он вдруг с удивлением. — Ты вытащила его из хватки богини, моя опасная герцогиня?
Сердце пропустило удар.
— Вот бездна, — расстроился он искренне. — Я думал получить тебя бескровно, даже скорректировал время атаки… Кстати, передай мою благодарность этой полоумной девочке, открывшей портал.
Заглянула в черные и круглые, как полная луна, глаза ифрита, и вдруг поняла, что он знает. Он видел ту прошлую жизнь, которую я изменила. Видел или прожил, как я. Ужас прошил от макушки до пят, кровь застыла в жилах.
Со страхом взглянула на Анвара.
Его глаза были божественно-пусты. Золото чешуек покрыло руки, скулы, и опустилось на ключицу и плечи, превращая его в мифическое существо.
И, кажется, это напугало не только меня. Хисс судорожно сглотнул. Он был не так спокоен, как хотел казаться. Он боялся герцога.
Больше. Он рассчитывал, что герцог будет мертв к моменту открытия портала. Хисс, видящий сны, хотел получить Сопределье бескровно.
— Ты нас боишься, ибо мы не пощадим тебя, — на губах Анвара зажглась знакомая яркая улыбка, и меня пришило ужасом.
