Ведьма не женилась, но жизнь принцессы Анны изменилась как карточный домик. Теперь королева сбежала в незнакомую страну, чтобы найти свой новый джек-пот и отомстить за то, что ее унизили на свадьбе. Одетая в черное, она преображается перед похоронами герцога. Страна манящего пафоса готовится к великолепной траурной церемонии, но принцесса осталась неуловимой....
Мелькнуло соображение, почему это Балфор не сделал ставку на старшего принца, которому предстояло стать королем? На Рихарта. Очевидно, есть некие условия в этой задаче, которые ей неизвестны. Но сейчас было не до того.
Спросила, пересилив себя:
— Зачем вы это делаете, ваше высочество?
— Потому что я так хочу.
Принц снова прошелся по ней взглядом и направился в сторону, где в окружении придворных дам стояла леди Элвина, его невеста. Мирослава на короткое время осталась совершенно одна среди этой чуждой толпы.
На нее глазели. В основном равнодушно или презрительно. Лорды, приближенные принца, и первый из них Дейрис, весьма двусмысленно. По их виду можно было догадаться, как только принц наиграется ею и утратит интерес, они будут первыми. Отвращение скользнуло по коже, заставив вздрогнуть.
Но в это мгновение подошел Эрвиг.
— Миледи, — спросил очень тихо. — С вами все в порядке?
Очень кстати подошел воин, Мирослава, ощутив его поддержку, выпрямилась.
— Все хорошо, спасибо.
Он кивнул. И тут Мирослава заметила его взгляд.
Эрвиг смотрел на Одри. Она стояла в стороне, рядом с лордом Сомером. Тот что-то говорил, но явно не то, что ей хотелось слышать, и вид у девушки был подавленный. Словно почувствовав, она тоже посмотрела на Эрвига. Столько странной тоски и безысходности промелькнуло на миг в этом взаимном взгляде, а потом оба отвели глаза.
Мирослава поняла все и поразилась. Да они любят друг друга! Вот же дела, вот ситуация…
В эту минуту она снова почувствовала себя королевой. Пусть принц играет в свои игры, черт с ним. Пока он готов изображать вежливость, надо как-то извлечь из этого пользу и помочь Одри. Ну и Эрвига уберечь, конечно. Он сегодня из-за нее сильно подставился.
И все же чужая тайная любовь, полная безнадежности и тоски, резанула по сердцу, вызывая непрошенные слезы.
— Скучаешь без меня, вдовушка Линевра? — шепот заставил съежиться.
Мирослава оглянулась. Эрвигу пришлось отойти, а позади, немного ближе, чем следовало, стоял Джонах. Слова принца прозвучали порочно и бездушно до крайности.
