Как это простить? Как расценить, что Эрлан специально подверг опасности всех, положил своих же людей. И ради чего?
Девушка сунула руку в карман и вытащила горсть жизнянки. После того, как ей полюбилась эта ягода, Кейлиф постоянно везде распихивал ее. Только сейчас она вызвала брезгливость и недоумение. Эра высыпала ее в траву, чуть разжав пальцы.
И ради этого стоило всех подставить и положить четверых?
Нет, Эберхайм или не договаривает, или сам многого не знает. Не станет Стефлер гоняться за какой-то жизнянкой, чтоб узнать секрет долголетия. К его услугам самые лучшие лаборатории и специалисты, высокие технологии. Зачем ему устраивать себе столько затрат и головняка, чтобы получить какую-нибудь фигню, типо фермента или биологического вещества, для продления собственной жизни?
Да и на Эрлана не похоже.
Да, приходится признать, что узнает она его лишь сейчас, а до сегодня, словно с другим знакома была. И все же, на него очень не похоже охотиться на жизнянку столь замысловатым, и скажем прямо, подленьким способом. Не та цель, не те способы. Если Эрлан пошел на подставу, ложь и убийство, значит, повод должен быть очень веским. И это не долголетие дядюшки, которое этот самый дядюшка и без племянника легко поимеет при желании. Нет, подобные технологии, спору нет, будут стоить огромные деньги. На Земле. Но Стефлер не похож на свернутого на деньгах. На власти – да, на финансах – нет. Его корпорации и так имеет доход, что многим и не снился.
Ведовской отчетливо вспомнился Игорь Игнатьевич Стефлер, его взгляд, холеный вид, костюмчик стоимостью в полкорвета.
Может она что-то не понимает? Да, нет, скорей всего не знает. А Эрлан знает и таит.
Похоже, ситуация имеет массу подводных течений, о которых можно лишь догадываться. И чтобы Эра не узнавала – вопросов лишь прибывало, а ответов больше не становилось.
– Поговорить бы с Эрланом, – протянула, покусывая травинку. Жаль, что не имеет права Лой, тогда бы он раскололся точно. А может и уже, только не ей, а Маэру. Хранители при всей их неоднозначности и пафосном скоморошестве, не так просты, и зря изолировать не станут.
Эя потерла лоб – в голове уже мутилось от скопища мыслей, догадок и эмоций.
Легла в траву, уставилась в небо, чтобы отвлечься от тяжелых дум. Иначе она скорей напридумывает, чем надумает.
Зверь ткнулся носом ей в лицо, отвлекая от невеселых мыслей, и девушка улыбнулась ему, потрепала по холке:
– Ты ведь иллюзия, как и все здесь, права? Право Нерса. И что хотели Хранители, поместив меня сюда?
Тигр смотрел на нее, будто понимал, что она спрашивает, но ответить не мог.
Эя развернулась к нему, огладила по морде, щурясь на нее – нет, слишком странный зверь, не то в нем, что-то.