Автор
Женя Шмелев с трепетом ждет начала занятия, а Ярослав опаздывает как всегда. Женя фыркает от досады, в то время как он сосредоточенно пишет на белой тетради, красной ручкой чертит пару и подчеркивает важные мысли. Ученики окружены социологическими тестами и диагностированными опросниками, создавая неловкий атмосферу дисциплины и тщеславия....
Пытаюсь думать, но, кажется, я слишком растерян. Очень сложно включить голову, когда тебе семнадцать, и хочется просто бессмысленно долбиться в дверь.
Наконец хватаю за хвост смутную идею:
– У тебя есть телефон Жениного отца?
– Нет, – он качает головой, – а у тебя?
– Тоже нет. Но, возможно, я знаю, где можно его достать."
"Достаю смартфон и выбираю контакт, которому почти никогда не звоню первым. Долгих четыре гудка, и я слышу в трубке:
– Ярик?
– Привет, – я откашливаюсь, – пап.
– Что-то случилось? Дед в порядке?
Вопрос очень логичный, ведь если я звоню сам, значит, произошел какой-то апокалипсис.
– Да, за Де не переживай, он живее всех живых и бодрее самого лютого подростка. Пап, у меня просьба. Я знаю, что у вас с Гольцманом есть какие-то терки, я лезть пока не хочу, но ты можешь дать мне его номер?
Отец молчит, так что на всякий случай я добавляю:
– Гольцман Владимир Ильич.
Наконец слышу, как он переводит дыхание и со смешком говорит:
– Ну, на память не назову.
– Узнай, – откашливаюсь и натужно добавляю, – пожалуйста.
– Перезвоню.
Убираю телефон от уха и смотрю на Антона. На его лице откровенно заинтересованное выражение.
– Мы что, в сериале? – спрашивает он.
– Да если бы.
– Ваши родители реально в контрах? По какой-то причине?
– Да, – снова соглашаюсь я, и мои губы против воли изгибаются в неприятной усмешке, – по какой-то.
– Ну, лезть не буду.
– Я бы и сам не влезал, – бормочу отрешенно.
Долин присаживается на пол, упираясь спиной в стену.
– Твою мать, я же говорил, держи ее подальше от этих чатов!
– И как, по-твоему, я должен был это делать? К батарее пристегнуть и телефон отобрать?
– Да не знаю я… – Долин вздыхает, – просто бесит, что никто не смог ее от этого уберечь.
– Ее бы от собственной матери уберечь. Давай уж теперь заниматься этим.
Присаживаюсь рядом и закидываю назад голову, прочерчивая затылком холодную стену. В этот момент чувствую себя маленьким и беспомощным.
Телефон звонит, и, хоть я ждал этого, все равно вздрагиваю.
– Да?
– Записываешь?
Оборачиваюсь к Антону и отвечаю:
– Записываю.
Долин быстро соображает, достает свой смартфон. Так что отец диктует, я проговариваю вслух, а Антоха вбивает.
