– Как эти суки бешеные его изукрасили! Ну, я им, тварям, устрою!
Патрульным пока удавалось держать нападающих на расстоянии, но добраться до служебной машины, брошенной за пределами двора, сквозь всех этих орущих и потрясающих подручным оружием людей явно было без вариантов. Толпа – страшная сила, но в ней всегда есть предводители. И здесь в том числе.
– Вон эти трое, прямо за мамашей, – указал Никита на трех здоровых детин, больше всего наседающих на патрульных, помимо самой Киселевой, которая размахивала перед лицами полицейских чем-то вроде самодельного факела, вопила изо всех сил что-то про «порвать» и «спалить» помимо сплошного мата. – Надо бы вырубить их.
– Сначала того, – ткнул я здоровой рукой на одного тощего козла, стоящего в толпе чуть дальше, но при этом явно заводящего всех еще больше своими пламенными визгливыми речами. – Натуральный керосинщик, мля! Если ему хлебало не заткнуть, он нам организует камни в спину, даже если тех нейтрализуем.
– Ладно. Что делаем? – повел широкими плечами Варавин.
– Встань так, чтобы мне больную сторону прикрыть, и давай расчистим дорогу пацанам. Глянь, они же еще совсем зеленые у тебя и едва держатся! – И это была правда. Патрульные, на вид почти мальчишки, глядели на разъяренную толпу шокированно, и, несмотря на попытки держаться уверенно, даже отсюда было видно, что их отвага на исходе. Явно им в их тихой глуши с таким сталкиваться не приходилось. Да и дубинки они держали скорее как орудия обороны, а не нападения.
– Эх, не научил ты, Никитос, подчиненных людей бить. Не научил, – пробормотал я, крутнув шеей, и обернулся в сторону машины.
Влада, бледнее обычного, замерла у дверцы, уставившись в толпу широко распахнутыми глазами, что сейчас виделись какими-то жутковатыми черными провалами. Она напоминала животное, попавшее в ловушку и впавшее в ступор от этого факта. Полагаю, что и без ее дополнительных зрительных опций происходящее смотрелось хуже некуда. А что она сейчас видела – и представить страшно. Кошмарного многорукого и многоголового человеческого монстра, охваченного единым желанием убивать, калечить и жечь. Млин, ну просил же ее остаться!
– Влада! – Никакой реакции.
– Влада, черт возьми! – рявкнул уже нисколько не любезно. – Быстро в машину села! За руль! И сосредоточься! Мы с Никитой прем вперед, ты прямо за нашими задницами едешь! Надо вытащить тех двоих и наших пацанов срочно! Ты меня поняла?
Она закивала и забралась на водительское место.
– Двери заблокируй! И смотри только на нас, слышишь?
– Я все поняла, Антон, – ломким, будто не своим голосом ответила она.
– Ну что, сиди не сиди, а начинать-то надо? – немного бесшабашно фыркнул Варавин, занимая позицию слева от меня и сжимая свои пудовые кулачищи.