Она буквально вывалилась наружу и, не поворачиваясь, забормотала, звуча при этом совершенно отчаянно:
– Красный-красный-красный! – дрожащей рукой она указывала вперед, где невозможно было разглядеть ни зги. – Какой же омерзительно красный! Это невыносимо!
Ну вот и почему я свой гребаный табельный ПМ оставил в сейфе?! Вопрос, сука, чисто риторический, адресованный вселенной и посетил только сейчас, а не даже во время заварушки с толпой. А все потому, что от Влады исходили волны чего-то настолько пугающего, что невольно захотелось иметь какое угодно оружие, кроме собственных кулаков.
– За руль кто-нибудь! – рявкнул ближайшему патрульному, распахивая дверь.
Толпа осталась позади и поутихла, хоть и не рассеялась. Издалека послышались завывания сирены приближающейся пожарки. Хотя чего уже тут тушить то?
– Какого хрена творится? – налетел на меня Варавин. – Нам валить надо отсюда!
– Не сейчас! – огрызнулся я, быстро обходя машину, и крикнул двинувшейся вперед женщине: – Влада, а ну стой!
– Он уходит! – с панической ноткой ответила она и, наоборот, прибавила шагу.
Да твою же ж мать! У кого-то назревают серьезные неприятности, и этот кто-то не я! Ей богу, прямо чувствую в себе пробуждение садиста-извращенца, желающего догнать, перекинуть через колено и всыпать по первое число упрямой бабе. Но, с другой стороны, понимаю ведь, что она сама себе почти не принадлежит в это мгновение.
– Антоха, ты в своем уме, прогулки устраивать! – Никита впопыхах схватил меня за больное плечо, и я зашипел, сталкивая его руку. – Прости, но очнитесь вы! Сейчас эти очухаются, и что делать станем? Опять бить?
Я ему ответил невнятным жестом, боясь отвести взгляд от Влады.
– Ант-о-о-он! – почти истерически взвизгнула впереди Влада, подстегивая меня не хуже электрошока, и сорвалась в бег.
– Да что происходит-то?! – окончательно вышел из себя Варавин.
– Он уходит! – перекрикивая его, кричала Влада, за которой я ломанулся по абсолютно темной улочке, увязая на каждом шагу в лужах.
– Езжайте отсюда! – отдал приказ подчиненным Никита, разворачиваясь на ходу и взмахивая руками. – Живо, давайте! Мы на вашей патрульке потом!
– Влада! – Вот только что сумасшедшая женщина неслась впереди и вдруг резко свернула и будто исчезла в кромешной тьме. – Влада, стой!
– Я тут! – отозвалась она, но тут же громко вскрикнула, и что-то затрещало, зашуршало впереди, и послышалось несколько ее сдавленных болезненных стонов как от ударов."
"У меня в башке будто тротиловая шашка рванула, ослепляя и оглушая чистейшей паникой и яростью. Рванулся на звук, и у самого земля резко ушла из-под ног.