Автор
Нашлась улыбающаяся Женя из отдела кадров, и рядом с ней двигается что-то невероятно странное — нечто, о чем никто не задумывался. Алексей Викторович вежливо подтверждает дежурство, но тайна их совместной прогулки остается недосказанной.
– Вы можете хотя бы узнать на каком этапе обследования находится поступившая девушка.
– Как только что-то будет известно, вам обязательно сообщат.
– Я – врач.
– И что? – херов тебе сто. – От меня здесь ничего не зависит. Я намеренно от вас ничего не скрываю. А вот и врач.
Киваю подошедшей женщине лет сорока.
– Говорите, как есть, я врач, – зачем-то добавляю я.
– Ну это не имеет особого значения. Вы ее муж?
– Нет, ну...
– Значит вы отец.
– Я что настолько херово выгляжу, что меня можно назвать ее отцом? Гражданский муж, так вас устраивает? Какое это вообще имеет отношение к делу?
– Успокойтесь.
Глава 32
После длительного загруза мой мозг медленно, но стал приходить в себя. Правда, осознание того, что Женя беременна – до конца так и не пришло. В последний раз меня так накрывало в наш первый секс.
– А какой срок? – наконец нарушаю затянувшееся молчание.
– Сомневаетесь в своем отцовстве? – сейчас чувство, что стерва, стоящая напротив, насмехается надо мной уже дважды, усилилось в сто крат.
– Слушайте, а вы не охренели ли? – перевожу взгляд на бейджик. – Екатерина Михайловна.
– Я просто пытаюсь привести тебя в чувство, вид у тебя дебильноватый, – берет меня за руку, уводя в сторону. – Возмущение всяко лучше, чем ступор. Сейчас тоже не узнал меня? – долго смотрю в упор на ее лицо и только, когда она сняла очки, понял, что передо мной моя однокурсница.
– Коновалова? Я тебе в своей голове дал лет сорок.
– Ну, спасибо. А я вот тебя сразу узнала на тридцать пять.
– Тридцать четыре.
– Ага, пойдем побеседуем пару минут.
– Кать, мне вот вообще неинтересно сейчас вспоминать наши студенческие годы, равно как и говорить о том, кто и как устроился.
– Я собиралась говорить не об этом. Заходи, – пропускает меня в кабинет. – Срок у вас семь недель.
Очередной загруз, только еще более длительный, чем в прошлый раз. Катя что-то вещает про угрозу, а у меня в голове совершенно другие мысли.
Так, нет, херня это все, пенициллины можно беременным. Ничего страшного. Никогда не был математиком, но уж считать точно умел. Сейчас же я напоминаю себе школьника, загибающего пальцы, дабы отсчитать девять месяцев. Ну вот теперь осень не будет унылой говно порой.
