Теперь ему можно было дать лет тридцать пять. Впрочем, внешность у него была приятная, но совершенно незапоминающаяся. Заметишь такого на улице – и тут же забудешь. Разве что Лола узнала бы в нем своего боевого соратника Леню Маркиза.
Закончив свое преображение, Леня достал из бардачка бинокль и навел его на вход в офисный центр.
Он должен был не пропустить возвращение господина Володарского в свой офис.
И долго ждать Лене не пришлось.
Перед центром остановился черный «мерседес», из него вышел приземистый мужчина, чем-то похожий на английского бульдога, и скрылся за стеклянной дверью.
Леня поднес к глазам часы, следя за секундной стрелкой.
Вот Володарский сел в лифт… вот он поднялся на шестой этаж… вот миновал турникет охраны, где его наверняка не задержали… вот прошел по коридору до своего кабинета…
На всякий случай Леня дал Володарскому еще десять секунд – а затем нажал кнопку на небольшой пластиковой коробочке.
Затем, быстро взглянув на здание, в которое вошел Володарский, Маркиз взял с заднего сиденья небольшой чемоданчик, достал из него белый халат, крахмальную белую шапочку и очки в золоченой оправе. Надев все это, он прихватил чемоданчик, вышел из машины и направился к офисному центру.
Эрнст Володарский вошел в свою приемную. Если бы он не был так занят своими безрадостными мыслями, он заметил бы на лице своей секретарши какое-то странное выражение – одновременно загадочное и мечтательное.
Совершенно нехарактерное выражение для опытного секретаря с большим стажем. Точнее, даже не секретаря, а помощника, как предпочитала именовать себя Лариса Львовна.
– Лариса Львовна, меня кто-нибудь спрашивал?
– Нет, никто не спрашивал.
На этот раз Володарский обратил внимание на странную интонацию секретарши – словно она хотела еще что-то ему сказать. Опять же, интонация недосказанности – нехарактерная интонация для опытного секретаря.
– Никто не спрашивал, – повторила она с той же загадочной интонацией, – но вам принесли цветы.
– Цветы? – удивленно переспросил шеф. – Какие цветы? Зачем? От кого?
– Цветы очень красивые, – мечтательно ответила Лариса Львовна, – целая корзина. А от кого – не знаю. Курьер принес, ничего не сказал. Точнее, сказал, что вы сами догадаетесь.
Володарский недоуменно пожал плечами, шагнул к двери кабинета… и вдруг увидел, что из-под этой двери выползает тонкая струйка белесого дыма.