В мире безумных изысков укромных мест, куда никто не сунется в одиночку, наш герой забегает сквозь забор и прячется в сугробе. Белые куртка и штаны делают его таким незаметным, словно зверек под белым ледом, но даже в такой ситуации не может укрыться от тревожных шагов по снегу....
Умер во время секса. Нашли с пеной у рта. Причина смерти не установлена. Тогда его сочли едва ли не сумасшедшим, а журнал, в котором напечатана была его статья, высмеяли.
— Значит, ты никогда не встречала подобных себе? — спросил Андрей и осекся. Намеренно. Будто он и вправду поверил легенде.
— Нет… Я подумала: может, прошло все, раз на тебя не подействовало?.. Ты же ведь трогал меня? — И лицо ее густо залилось румянцем.
Хороша, заноза!
— Не подействовало, — проговорил он, откидываясь на спинку стула.
— А может… дотронешься ещё раз?.
Вот сейчас совсем смешалась. Ресницы опустила. Руки зажала между ног. А ее «волшебные прелести», сблизившись, почти кричали: «Приласкай нас!»
— Ради опыта? — усмехнулся Андрей. Игра ему понравилась, хотя он и понимал, что они ступили на слишком опасную тропинку.
— Угу.
— Ну, давай. Поэкспериментируем.
Она медленно встала из-за стола, спрятав руки за спину. Голову опустила и повернула в сторону. Что-то мерзкое зашевелилось внутри у профессора. И вместе с тем дикое, неосознанное, бесбашенное, жуткое… Ощущение, будто сейчас в руках окажется бесценнейший артефакт, значимость которого прославит на века и впишет в историю, как великого ученого.
— Потрогать грудь — это значит потрогать грудь! — выдохнула девушка. — А не лапать меня всю, пользуясь случаем!
— Все с тобой нормально. И большая уже, вроде, чтобы сказкам верить, — Андрей проговорил это в шутку, совершенно не улыбаясь и не переставая гладить шею Стевиты.
Отступив на шаг назад, она с вызовом посмотрела на него, быстро расстегивая мелкие пуговички на блузке. Опустила бретельки бюстгальтера, справившись с крючками, положила одежду на стул. На аккуратной округлой груди испуганными горошинами проявились соски. Хотелось закрыться, но девушка наоборот — расправила плечи, сдержанно задышав.
— Давай. Трогай. Это эксперимент.
Она посмотрела на мужчину с вызовом. Такая чистая. Смелая. И, наверное, очень страстная. Легкая, как осенний ветерок и трогательная, как первая любовь.
— Трогай.
Медлил.
Почему медлил?..
— Бред какой-то. Я спать. Если решишь отправиться домой — дверь захлопни. Если решишь переночевать здесь — чистое белье в шкафу. Разберешься.
Зашел в комнату, хлопнув дверью.
Она не понимала, что произошло. Он отказался. Может, ему не нравятся женщины? Не похоже.
