О чём книга «Проникновение»
В низеньких подземельках камины тлеют мрачным огнем, а я отстегиваю кинжал, готовясь выйти из укрытия. Долгие дни и ночи за пределами крепости потоком наплывают в память — будь они неладны!

Автор
В низеньких подземельках камины тлеют мрачным огнем, а я отстегиваю кинжал, готовясь выйти из укрытия. Долгие дни и ночи за пределами крепости потоком наплывают в память — будь они неладны!
Я выполнил то, что должен сделать а-тэм. Утащил чужачку на дно к рыбам. Помог тебе сделать то, на что у тебя не хватало сил!
Тяжелый удар кулаком отбросил Ирвина к стене. Он вскочил, стер тыльной стороной ладони кровь с губы, оскалился.
— Как ты посмел? — прошипел Сверр. И снова ударил — по-настоящему, сильно. И не будь на шее Ирвина кольца Горлохума — не поднялся бы. Но а-тэм снова встал, подхватил боевой топор.
— Я сделал то, что должен! — упрямо повторил он. — Больше чужачка тебя не потревожит! Ты свободен от нее!
Сверр издал короткий низкий рык, блеснул в узком луче света обнаженный меч.
А потом устремился к крепостной стене.
Морской дракон, шипя, помотал башкой, выплюнул ядовитую слюну, что прожгла дыру в стене дома.
* * *Ярость внутри застилает глаза багровой пеленой. Трудно думать, дышать, жить… Хочется лишь убивать. А-тэма я разорвал бы на куски, если бы не нападение на Нероальдафе.
В этот раз — трое. Дикие хёгги, черные. Злобные и голодные, почуявшие теплые человеческие тела. Обычно диких хёггов отпугивают крепостные стены, статуи и мои метки, но эти трое решили поживиться…
И я обрадовался.