Изыди?! Я?! Не раздумывая, хватаю стакан с журнального столика, и выплескаю ему в лицо оставшийся виски…
Глава 42
А как вообще приходит белочка? Это отходняк после сегодняшней нетрезвой ночи? Запоздалые явления? Ну не может же от одного бокала виски привидеться настолько живая Соня? Бред чистой воды. Вот уж галюнов мне еще не приходилось ловить, даже по молодости, после самого дерьмового алкоголя. Зажмуриваю глаза и тут же резко их открываю. Все равно Соня. Картинка четкая. Перед глазами ничего не плывет. Проделываю аналогичные действия и все то же самое. Улыбаюсь как дебил и тут же одергиваю себя, понимая, что это уже за гранью. Надо от этого избавляться. Закрываю глаза и начинаю мотать головой, желая поскорее избавиться от наваждения.
- Изыди.
Еще несколько секунд я продолжаю бороться с собой, мысленно повторяя про себя «изыди». Ровно до того момента, пока мне в лицо не попадает что-то прохладное. И мокрое. Это не плевок. Судя по вкусу на губах – виски. Резко открываю глаза, в очередной раз попадая взглядом на Соню. Что это на хрен такое?! Плод моего воображения? А виски мне кто в лицо вылил? Если это мое воображение, так какого хрена оно настолько недоброе ко мне? Тянусь за пультом на диване и выключаю бьющую по ушам музыку.
- Ну наконец-то, я думала у меня сейчас барабанные перепонки лопнут от этой истерички, - возмущенно бросает… Соня.
Хлопаю дважды в ладони, озаряя комнату ярким, раздражающим глаза освещением. Да что со мной творится? Ну это ведь точно Соня! Не задумываясь, тяну к ней руку и хватаю ее за запястье.
- Ты живая, - растерянно произношу вслух, сильнее сжимая ее запястье.
- А ты хотел мертвую?! - произносит она, с силой вырывая из моего захвата свою руку. - Глеб, ты чего? Что с тобой такое? - озадаченно спрашивает Соня, когда я начинаю с силой тереть лицо рукавом рубашки.
Вновь фокусирую взгляд на Сонином лице, пытаясь осознать, что в конце концов происходит. Но не получается, просто потому что концентрация моего внимания рассеивается, как дымка, когда я начинаю скользить по своей вполне себе реальной жене взглядом, впитывая при этом в себя до боли знакомые черты. Черный капрон, такого же цвета коротенькая шелковая сорочка, из-под которой выглядывают края чулок и очень выделяющаяся открытая грудь. Перевожу взгляд на ее лицо, отмечая про себя все: прическу, с идеально выпрямленными волосами далеко не от природы, ярко накрашенные нереальной красоты глаза и губы с приятным, но не ярким блеском. Ты ж моя красота. Нет, я не допился до чертиков. Сейчас я вообще трезв. Пьян от того, что вижу, но трезв.
- Ты приехала, - вдруг доходит до меня, и я смеюсь в голос, когда наконец осознаю это в полной мере. - Одна?
- Одна. Попросила всех тебе не говорить об этом. Я выпросила у твоей подружки ключи от квартиры.