В сумерках над пустыней стелется теплый, дрожащий от заката воздух, в это время жуткие комары нападают на все живое. Я смотрю на далекие холмы и мрачные крепости, а сам провожу последние минуты перед долгой ночью в камере.
Тянущиеся холмы дали знать о себе через четверть часа. В тот момент я уже просто клевал носом, едва не натыкаясь лицом на ствол автомата, стоящего у меня между коленей. Поэтому мне пришлось несколько раз перепроверить предохранитель, чтобы ненароком не прострелить себе башку.
Машины оказались на холме неожиданно. На вершину запрыгнула уже ставшая классической французская тачанка в виде стандартного пикапа фирмы «Toyota» с водружённым на багажник пулемётом. Оператор оружия сразу же принялся поворачивать в нашу сторону и это не оказалось незамеченным для стрелков нашего конвоя.
"Позади нас ехал броневик с тяжёлым ДШК в кузове, стрелок которого в тот момент среагировал просто моментально. Как только на холме показалась тачанка анархистов, так наш союзник зажал гашетку. «Чекист» стрелял отлично и снаряды крупнокалиберного пулемёта буквально разорвали вражеский автомобиль на жестяные куски. Их пулемётчик перестал существовать буквально за мгновения. Голова стрелка просто разлетелась кровавыми ошмётками и осколками черепа, забрызгавшими кузов и холм машины.
Правда, первая машина стала только началом. Безопасники были готовы к нападению, но нападающих на нас машин оказалось слишком много. Несколько автомобилей тачанок оказались на вершине холма, атакуя прямо на ходу. Стрелять им из-за тряски было очень неудобно. Пули били со всех сторон, колотя в землю, выбивая пылевые столбики и плотные комья грязи.
Очередь мощных пуль влетела в грудь водителя нашего броневика, превратив его тело в мешанину мяса и крови.
Водитель погиб, крутанув руль в сторону, зажав при этом педаль газа. Броневик сразу повело в сторону и нам едва не хватило сил, чтобы заехать на высоту пятиметрового холма. Автомобиль забуксовал на месте, стараясь взобраться на вершину, но ничего сделать мы уже не могли, а с остальных сторон велась случайная стрельба, сбежать от которой было никак нельзя.
— Валим! — крикнул я, отталкивая тяжёлую дверь броневика.
Выпрыгнув на сухую землю, я моментально вскинул к плечу автомат, выпуская очередь куда-то вперёд, перечёркивая грудь бегущего в мою сторону мужика, будто не ожидавшего моего появления. Пули перечеркнули его грудь и стрелок с разбега уткнулся лицом в землю.
