В сумерках над пустыней стелется теплый, дрожащий от заката воздух, в это время жуткие комары нападают на все живое. Я смотрю на далекие холмы и мрачные крепости, а сам провожу последние минуты перед долгой ночью в камере.
Только ты за него поручайся, что не будет он больше деятельностью своей заниматься. Хорошо ещё что ты у него есть. Иначе его менты бы точно сцапали, а дальше чемодан–вокзал–нары. Только придётся тебе террориста у себя до завтрашнего утра придержать. Ценность ценностью, но дел у нас вагон и ещё целый состав, так что я и двух броневиков тебе выдать сейчас не смогу. Завтра же с рассветом здесь часть моего конвоя будет, а потом и свалим окончательно.
— Людей надо. — сразу сказал я, видя задумчивое выражение лица командира спецназа государственной безопасности, — У меня полноценных только четыре бойца и не больше.
"— Сам понимаю. Дам я тебе троих. Они парни проверенные, во всяких передрягах бывали, так что не подведут. Только пускай они у тебя не отсвечивают лицами, а в подвале здесь посидят. — мужчина посмотрел мне прямо в глаза, — Мне им сухпай выдать или сам людей накормить можешь?
— Есть еда у меня, но лишнего не водится.
— Хитры ты жук, Перо.
— Естественно. Не первый день живу.
Наш разговор закончился очень быстро, и мы начали в ускоренном темпе разгружать ящики с прибывшим оружием и патронами. Поставка оказалась приличных размеров, отчего я нехорошим словом вспомнил свою предприимчивость. Нести ящики с пулемётами было отнюдь нелегко, но что уж поделать. Изначально же предполагалось, что сидеть придётся долго, продолжая службу государству в качестве кого-то среднего, между торговцем и агентом спецслужб, а тогда лучше иметь в загашнике как можно больше ликвидного товара, а ничего лучше старых добрых советских пулемётов ещё никто придумать ничего так и не смог.
С двумя присланными спецназовцами стало намного спокойнее. Пусть каждый из моей старой команды и без того имел боевой опыт, но усиление в виде двух бывалых бойцов антитеррора было очень кстати.
Сами же парни были далеко не махинами, которыми часто выглядят их киношные «коллеги», а вполне себе небольшими мужиками самых средних размеров. Это было логично, поскольку большой человек есть ничто иное, как большая мишень. Времена, когда рослые мужчины были настоящей гвардией давненько прошли и в условиях сложных боёв всё больше ценились люди компактные и выносливые.
