Автор
Молодая женщина с рыжими волосами лежит в отдаленном от цивилизации номере, чувствуя себя невесомой и замерзшей. Окна заколочены, и дыхание за окном кажется последней надеждой на свежий воздух. Она не может даже поднять руки к носу, чтобы потупить его. Это зимнее уныние, словно стеклянная пропасть между миром и теплою теплотою дома....
— уныло повторила Даша.
— Дорогая, ты уже здесь! — послышался от лифта бодрый голос."
"Вся горнолыжная сборная Франции не произвела бы такого впечатления на отдыхающих. Некоторые даже приподнялись, чтобы лучше его разглядеть.
— Прямо с чемпионата мира? — Даше наконец удалось попасть всеми пальцами куда надо. — Не жалко в таком виде на улицу-то? Не дай бог, испачкаешься.
— Ничего страшного, — Полетаев принялся щелкать клипсами на ботинках, в которых только разве что в космос летать. — Он уже старый...
— Месье Полетаев, — обратился к нему бармен.
— Она в надежных руках. Не переживайте, мы ненадолго.
5
На гору они поднимались молча. Даша болтала ногами и рассматривала окрестности с высоты подъемника. Она так засмотрелась, что едва успела соскочить с сиденья. На верху был сильный ветер, и склон казался весьма крутым. Гораздо круче, если смотреть на него снизу вверх.
— Ты действительно хочешь кататься? — спросила она с опаской поглядывая вниз.
— Я действительно хочу тебя придушить! — сквозь зубы прошипел полковник. — Ты в своем уме? Ты что, не понимаешь, что в этом отеле небезопасно молчать, не то что говорить?
Даша коротко кивнула и воткнула палки в снег.
— Так, значит, кататься не будем.
— Кататься будем, но сначала нам надо поговорить.
— Опять? — Даша угрюмо скосила глаз. — Самое время и место-
Полетаев продолжал пениться.
— Я знаю, что не место! Ибо нет на земле такого места, где с тобой можно говорить о деле.
— Речь идет о твоем деле?
— Речь идет о моей жизни, о твоей жизни и еще нескольких десятков людей, но они, разумеется, не в счет.
— Так, — Даша выпрямилась и постаралась придать голосу и взгляду твердость. — Рассказывай коротко и ясно. Предупреждаю сразу: вряд ли я тебе поверю и, скорее всего, после нашего разговора прямиком отправлюсь в жандармерию...
Полетаев с кривой ухмылкой качал головой.
— На тот свет ты отправишься, на тот свет...
— Итак?.. — она продела руки в петли лыжных палок и перещелкнула ботинки с ходьбы на катание, показывая, что еще одно неверное слово и дослушивать полковника будут разве что облака.
Полетаев действительно всматривался в небо. Видимо с облаками ему общаться было куда как проще.
— За последний год умерли несколько довольно известных европейских политиков, — нехотя выдавил он.
— Ну и что?
— Они не так чтобы были слишком популярны или, наоборот, являлись бы чересчур одиозными фигурами, нет...
