Автор
Молодая женщина с рыжими волосами лежит в отдаленном от цивилизации номере, чувствуя себя невесомой и замерзшей. Окна заколочены, и дыхание за окном кажется последней надеждой на свежий воздух. Она не может даже поднять руки к носу, чтобы потупить его. Это зимнее уныние, словно стеклянная пропасть между миром и теплою теплотою дома....
Судя по всему, тропка вела к смотровой площадке, выше которой находилась пещера Горной Девы.
Закинув голову вверх, Даша восторженно вглядывалась в заснеженные, остроконечные вершины вечных Альп. Они манили, тянули к себе, словно огромное целое притягивало обратно свою потерявшуюся песчинку. Однако где-то на заднем фоне восторга маячил и страх. Ведь она так и не успела выпросить у Жан-Жака телефон таинственной мадам Хазельхоф и не выяснила самого главного, каким образом сказалась в этих горах — случайно или по чьей-то злой воле.
«Да какая сейчас разница? — уговаривала она сама себя. — Кто тебя сейчас тронет? Пастор исчез, волков здесь нет, все хищники в баре остались... Впереди лишь простор и тайна. Кто знает, может в этой пещере и вправду все желания сбываются...»
Но тайна тайной, а последовать за миссис Бредли не очень-то хотелось. В нерешительности перетаптываясь на месте, Даша огляделась. Округлый конец тени последнего фонаря словно символизировал конец мира осязаемого — мира, где люди пьют, флиртуют и катаются на лыжах, а там дальше, в синевато-серебристой темноте призрачной ночи, начинался совсем иной мир — населенный суевериями, призраками и упоительным страхом неизвестного.
«Эх, была не была!» — решилась наконец Даша, и ботинок решительно переступил из света в тень. Обратного пути уже не было."
"С наслаждением вдыхая чистый морозный воздух, она шагала все быстрее и бодрее и вскоре оказалась у развилки. Здесь дорога разделялась надвое: главная тропа широкой лентой опоясывала склон, а затем ступеньками поднималась к пещере через смотровую площадку, вторая же представляла едва заметную крутую «козью» тропку, ведущую прямиком вверх.
Даша невольно посмотрела на часы. До полуночи оставалось чуть более получаса. Нехорошее времечко, ох, нехорошее. Вдруг ровно в двенадцать из камней полезут какие-нибудь гады и привидения? Невольно поежившись, она приподняла воротник.
К немалому удивлению оказалось, что прогулки в горах все же требуют некой сноровки: минут за пять, с большим трудом, ей удалось преодолеть лишь половину склона. Освещения здесь уже не было никакого, фонари остались далеко позади, однако полная луна и снег позволяли ориентироваться без особых проблем.
