Что это за перевозки живого товара? Кто за этим стоит и кем был пленник? Вопросов больше, чем ответов.
Отомкнув замок, он разделся и улегся в постель. Устал он сегодня, и есть охота. И плохо, что о домовом опять забыл, угощение не принес. Зато он возник рядом с топчаном, едва Андрей смежил веки.
– В подвале посмотри.
И исчез, как всегда – неожиданно. Еще одна загадка.
Спал Андрей крепко, без сновидений. Утром, едва проснулся и умылся, вспомнил слова домового и стал искать подвал. Но сколько он ни бродил по дому, ища крышку, люк, ляду – или как там она называется, ничего не нашел. Обошел вокруг дома и тоже ничего не обнаружил. Послышалось ему, что ли? Вроде раньше домовой не обманывал, всегда угадывал. Решил вечером спросить.
Почувствовав зверский голод, он направился в трактир, поел, новости городские послушал. Только серьезного ничего: один кожемяка руку по пьянке сломал, да белошвейка Настя малыша родила. Обычная жизнь во всех ее ипостасях.
Друзьями он пока не обзавелся и потому решил сначала пойти к ключнику и у него спросить про живой товар. Есть ли такой, какова цена, не пропадали ли люди? Однако потом устыдился своего намерения. Ключник княжеский – человек занятой, что его постоянно беспокоить? Надо поговорить с несколькими местными, глядишь – картина и вырисуется.
Внезапно и как нельзя кстати в дверях появился трактирщик. Он кивнул Андрею и расплылся в улыбке. Андрей подошел к нему:
– Поговорить в укромном месте можно?
Хозяин завел его в маленькую комнатушку позади трапезной. Андрей сразу сказал, что он был у Савельевны и строго ее предупредил, но если не послушается, он другие меры примет. Только у него разговор особый.
Трактирщик насторожился.
– Невольники в городе бывают? – огорошил его Андрей вопросом.
– Как не быть? Как война идет или набег – обязательно.
– И что с ними бывает?
– На своих обменивают или за выкуп отдают.
– А люди в городе не пропадают без вести?
– Бывает. Напьется кто и замерзнет насмерть. А весной снег стает – находят.
– Так. А сколько невольник стоит?
– Смотря какой. Ежели воин или дворянин, то дорого. За десятника литовского о прошлом годе двадцать рублей отдали. Сумасшедшие деньги!
– Коли молодой – рубль серебром, если ремеслом владеет – два. За девку молодую, крепкую – тоже рубль, за бабу – вдвое меньше. А ты чего спрашиваешь?
– Интерес есть. Только никому!
– Нешто я не понимаю!
Андрей вышел от трактирщика. Появилась какая-то ясность. Надо бы еще с кем-то поговорить.
