«Просто так в поселок не въедешь, – подумал Лоскутов. – Если придется туда пробираться, то…»
– «Рама»! – Рейдовик первым заметил самолет, идущий к разведчикам вдоль левого берега фьорда. Звука моторов самолета слышно не было, сам он еще был еле заметен, но Монгол периферийным зрением уловил внезапно появившуюся над морем точку и вовремя дал сигнал об опасности.
Не сходя с места, десантники раскинули маскировочную сеть и улеглись под нее, тесно прижавшись друг к другу.
«Рама» прошла над их головами, но Николай Егорович был уверен, что даже с небольшой высоты рассмотреть людей под маскировочной сетью с мелкими ячейками практически невозможно. Сверху сеть выглядела как кусок скалы с пробивающейся чахлой растительностью.
– Все, шабаш, на сегодня хватит! – Лоскутов первым отполз с вершины холма, поднялся на ноги, отряхнулся. – Завтра специалиста приведем, пусть он голову ломает, что тут фрицы понастроили.
На другой день по разведанным тропкам до подножия гор добрались быстрее. Пока взбирались на вершину, пошел мелкий нудный дождь. Видимость упала. Остров почти скрылся в пелене мороси.
«Это к лучшему, – решил Лоскутов. – “Рама” в дождь не полетит».
У знакомых камней он лег на спину, протянул свой бинокль Якушеву.
– Маэстро, прошу вас!
Прошло пять минут, десять, Якушев молчал. Почуяв недоброе, к ним подполз Монгол.
– Ну что там, лейтенант? – нетерпеливо спросил Николай Егорович. – Объект это или нет?
– Чего-чего?! – Лоскутов проворно перевернулся на бок. – Как это не знаешь? А кто знает?
– Лейтенант, ты в своем уме? – зашипел рядом Монгол. – Мы что, сюда через всю Европу притопали, чтобы в фигу мордой ткнуться?
Якушев опустил бинокль, протер глаза, начавшие слезиться от напряжения.
– У антенн передатчиков «Т»-излучения есть несколько характерных признаков. С этого расстояния я их не вижу. Мне надо подойти к основной антенне поближе.
– Основная – это какая, вон та, на горе? – Лоскутов ткнул пальцем в поселок. – Как ты к ней подойдешь? Ты доты видел? Ты знаешь, какая там охрана?
– Давайте спустимся на гору правее, – предложил Якушев. – Я попробую оттуда рассмотреть излучатель.
– На гору правее? – рейдовик отполз в сторону, осмотрел спуск вниз, на соседний холм. – Часа два пути, если там немцы мин не наставили.
– Товарищи офицеры, – голос Якушева задрожал от обиды, – вы можете про меня думать что угодно, но я… я, не убедившись в достоверности сведений… Я не могу… в Москву…
Лоскутову показалось, что он сейчас расплачется.