Вечерами ты забываешься в воспоминаниях — как Мелвилла в "Моби Дик", когда мир вокруг исчезает, оставляя только таинственную гладь морских волн и мечты о бездонной глубине. Здесь каждое слово дрожит от прикосновения к неизведанному.
Порядок в ее квартирке был такой, будто женщина ждала гостей, пахло чем-то свежим вроде лимона, а сама хозяйка в розовом спортивном костюме и белоснежных носочках с розовой же каемкой выглядела очень мило.
Весь долгий путь к Маевской Лиза мечтала о грядущем замужестве, ни на секунду не задумавшись о стратегии беседы, поэтому пришлось без затей спросить, зачем Клавдия Борисовна звонила Оксане Карпенко.
Та нахмурилась и долго не могла понять, чего от нее хотят. Она общается только с дочерью и внуками, и то больше не по телефону, а в социальной сети, это удобнее.
Впрочем, недоразумение быстро выяснилось. Этот номер был приобретен Клавдией Борисовной в незапамятные времена, когда мобильная связь еще не являлась неотъемлемой частью жизни каждого человека, а считалась роскошью и признаком успеха.
Маевская служила экономкой у одной состоятельной женщины, и та попросила ее купить телефон и сим-карту, что Клавдия Борисовна и проделала в ближайшем к дому салоне связи, отдала трубку хозяйке и забыла.
Лиза украдкой вздохнула. Теперь еще хозяйку искать, а если она богатая женщина, то не вдруг подступишься, разве что Маевская до сих пор служит у нее… Но когда Лиза уже расстроилась, экономка призналась, что симка понадобилась не для самой хозяйки, а ее целителю.
– Кому?
– Одному мужику, – просто объяснила Клавдия, – у хозяйки случилось большое горе, она потеряла сестру-близнеца и совсем пала духом, потому что сами знаете, обычно близнецы долго друг друга не переживают.
– А что ж у него не было телефона своего?
– Не было. Он пока не познакомился с моей хозяйкой, был никто. Это уж она его раскрутила, что к нему стали в очередь записываться.
Не особенно надеясь на успех, Лиза спросила, видела ли Маевская когда-нибудь этого человека, и та ответила, что не только видела, но и много раз поила его чаем.
Экономка отзывалась о целителе без восторга, но с симпатией, описала его как спокойного и вежливого человека, и не его вина, что прислуга, наслышав о его необыкновенных способностях, старалась держаться подальше, опасаясь, что он или загипнотизирует, или еще как-нибудь обдурит.
В плане установления личности она ничего полезного не вспомнила. А звали целителя Игнатием.
… – Вот так, Макс! – воскликнула Лиза, проверив, крепко ли на ней держится простыня.
