Вечерами ты забываешься в воспоминаниях — как Мелвилла в "Моби Дик", когда мир вокруг исчезает, оставляя только таинственную гладь морских волн и мечты о бездонной глубине. Здесь каждое слово дрожит от прикосновения к неизведанному.
Лиза и сама сначала оробела, а потом все быстро наладилось, так что они несколько раз даже поддали парку.
Вспомнив детство, Лиза заплела Свете волосы особым образом, чтобы они, высохнув, легли крупными волнами. Кажется, она не вызвала у девочки острой неприязни, для первого знакомства этого достаточно.
Когда женщины закончили, Зиганшин выдернул Юру из собачьей будки и понес мыть.
Лиза забеспокоилась: уже два часа она гостит у начкрима, а к делу еще не приступили. Что подумает Руслан, когда узнает, что его невеста парится в бане с чужими мужиками, а потом разгуливает среди них, задрапировавшись в простыню?
Конечно, это верх неприличия, но, поспешно отступая из родительского дома, Лиза взяла очень мало вещей и теперь вынужденно ходила в форменном летнем платье, а так не хотелось натягивать жесткую ткань на чистое распаренное тело!
Качалка оказалась занята Максом, и за время, пока Лиза мылась, начкрим сервировал чай, то есть на столе появились разномастные кружки, открытая коробка с чайными пакетиками и собственно чайник.
Лиза приготовила по чашечке себе и Максу и вышла на крыльцо. После небольшого колебания позвонила Руслану и рассказала, чем занимается, даже прислала селфи в простыне и фотографию Макса в качалке.
Она внутренне съежилась, ожидая упрека, но Руслан расхохотался, обозвал их римскими патрициями и обещал впредь называть триумвиратом.
Зиганшин хотел смухлевать и подал историю так, чтобы Лиза решила, будто он ездил ко всем лично, но опытный следователь Федорова быстро расколола его, и бедняга признался, что навестил только Васю с опекуншей, а с судьей пообщался по телефону запросто, все же коллеги.
– Судьиха судит на том же месте, дело Шелеста помнит хорошо, ибо курьезное, но никаких угрызений совести не испытывает, – отрапортовал он, – говорит, дала три года при потолке семь, верх гуманности, чего вы еще хотите от меня? Обвинитель был старый и умер еще раньше Шелеста, а адвокат живет в Германии, и вы как хотите, а я там его искать не собираюсь.
Голлербах посетовал, что не сообразил поехать к Васе вместе с Мстиславом Юрьевичем, все же он специалист и мог бы, наверное, добиться более продуктивного контакта.
– Еще сами попадем в поле зрения правоохранительных органов, – хмыкнул Зиганшин, – подумают, что я новым видом силового предпринимательства занялся, у психов хаты отжимаю.
