Вечерами ты забываешься в воспоминаниях — как Мелвилла в "Моби Дик", когда мир вокруг исчезает, оставляя только таинственную гладь морских волн и мечты о бездонной глубине. Здесь каждое слово дрожит от прикосновения к неизведанному.
Все же, наверное, голова его еще не совсем пришла в порядок, потому что он то принимался высчитывать, сколько получит по больничному, то перебирал в уме врачебные специальности, а потом вдруг вспоминал о лыжах, стоящих в кладовке, когда-то красных, но давно облезлых, с лихо изогнутыми носами, упакованными в специальный холщовый мешочек.
Он вспоминал, как каждый год, заглядывая в кладовку и натыкаясь на эти лыжи, думал, что надо бы побегать, и даже вспоминал, где лежат ботинки, а потом все находились важные дела, и он откладывал на выходные, потом на следующие, пока не проходила зима и не таял снег, и тогда Руслан думал, что вот следующей зимой обязательно, и все повторялось снова.
А теперь он уже никогда не встанет на лыжи.
От этой безнадежной мысли Руслан заплакал, накрывшись одеялом с головой, чтобы никто его не слышал.
Порой он жалел, что лежит в отдельной палате. Наверное, пустые разговоры с соседями развлекли бы его, погружаясь в чужие проблемы, он забывал бы о собственных несчастьях, а главное, на людях нельзя раскисать и плакать.
Сотрудники часто забегали к больному товарищу, но Руслан говорил, что чувствует себя экспонатом в музее, и просил не приходить. Без раздражения он воспринимал только Колдунова, который, при всем хорошем отношении, не мог просиживать у него целыми днями, так что большую часть времени Руслан оставался наедине с собой.
Стараясь, чтобы голос звучал бодро, он разговаривал с матерью по телефону и писал ей в Сети жизнерадостные сообщения, но при мысли, что будет, когда мама вернется и обнаружит его без ноги, сердце постыдно холодело.
Руслан просил костыли, чтобы ускорить срок реабилитации, но Ян Александрович сказал, еще рано, организм не готов, и если капризный пациент будет настаивать, кончится это тем, что он грохнется и сломает вторую ногу. «Не вторую, а единственную», – поправил Руслан, и Колдунов только развел руками.
Макс принес ему несколько новых детективов, и после ужина Руслан открыл книгу, пытаясь забыться в увлекательном повествовании. Но то ли повествование оказалось не таким уж увлекательным, то ли сам Руслан был слишком поглощен собственными заботами, но эффект погружения не сработал.
Вдруг в дверь робко постучали, и после того, как он крикнул «войдите», на пороге появилась Лиза. Сердце Руслана екнуло.
