Паха, будь другом, посвети, я щёлкну отсюда.
А Устинов снова посмотрел на меня. Он тоже заметил, в чём дело, он же опытный и матёрый опер. Просто он хотел понять, замечу ли я это сам или нет.
Ведь для него важно, как и для Якута, чтобы я, молодой, научился их работе.
Вот я и научился.
— Он не упал, — объявил я. — Его убили, ударив тупым предметом по затылку, и сбросили в канаву. Всё же на виду.
Следачка и остальные повернулись ко мне, ожидая пояснений.
Глава 5
Первым нарушил молчание судмедэксперт. Яков Ручка очень внимательно на меня посмотрел, хотя обычно он игнорировал всех сотрудников младше капитана.
Но такого Ручка стерпеть не смог.
— Да ты же ещё стажёр, — произнёс он, щуря глаза. — Откуда знаешь? Это вас так в школе милиции обучают? Смотри, стажёр, смотри внимательно! Видишь, что у него с затылком? Это травма от падения!
Каждый норовил назвать молодого сотрудника стажёром, хотя после школы милиции я лейтенантские погоны получил еще в августе.
— Осмотрите травмы поближе, Яков Вениаминович, — твёрдо сказал я.
— Поймёте, что это от удара, а не от падения. От падения травма выглядела бы иначе.
— А ты-то где насмотрелся? — нервно выкрикнул тот. — А я вот…
— Яха-то у нас спец в этом, — Устинов обнял его за плечи своей ручищей, потом с силой прижал к себе сбоку, наклонил и начал водить костяшкой пальца по макушке. — Яха-то у нас большой спец по травмам. Что скажешь, Яха? А, Яха? А у тебя тут лысина? Стареешь уже.
— Уйди нахрен, Устинов! Отвали!
Ручка с трудом вырвался и отряхнул свою куртку, враждебно глядя на нас всех.
— А где тогда кровь? — он подошёл ближе, обдав меня волной перегара. — Если его стукнули по кумполу, на полу должна быть кровь. А он упал вниз, башкой ударился и…
— Да, — следачка Ирина поглядела на собаку, потом в бетонную канаву. — Вопрос верный. Павел, если у вас есть какие-то обоснования для такого…
Я всё пытался вспомнить что-то про неё. В то время у нас, если женщина и занимала должность следователя, то обязательно крепкая бабища с мощной голосиной, которая и сама смогла бы заломать преступника.
А вот эта хрупкая девочка, которая ещё и всем говорила «вы», словно бы была не на своём месте.
А, точно! У неё же дед — из областной прокуратуры, устроил сюда на первое время. А девочка действительно работает, что необычно, чаще такие не пачкают руки или обувь. Ладно, потом повспоминаю о ней что-нибудь ещё.
— Если он упал и стукнулся затылком, то почему лежит лицом вниз? — спросил я.
— Мог перевернуться, — заявил Ручка.
