– У меня сын? Вы не ошибаетесь? Я же ничего не знал…
– Вы не могли знать, потому что она родила после того, как вы пропали. Через полгода.
– Боже мой… – Куликов замолчал, переваривая неожиданную информацию.
Грязнов, который слышал весь этот разговор, укоризненно посмотрел на Турецкого и тихо укорил его:
– Мне ничего не говорил, а тут такие житейские страсти. Сын нашелся…
– Ну мы только вчера узнали, что Кулаков и Куликов – одно лицо. Не мог же я сразу ему выложить, что у него сын есть. Человека нужно было подготовить.
– Считаешь – подготовил? – насмешливо спросил Грязнов. – Посмотри на него, что с ним творится.
По лицу Куликова было видно, как он волнуется и как потрясен известием, что у него растет сын.
– Как зовут моего сына? – наконец овладел собой Куликов.
– Маратик Салтанов. Но отчество она ему дала ваше.
– Они сейчас в Назрани? Или переехали куда-нибудь?
– В Назрани. Она же до сих пор ждет вас…
Куликов опять замолчал, что-то обдумывая. Потом прервал молчание:
– Я о ней вспоминал, конечно, с теплотой.
Она замечательная женщина. Но когда я понял, что с Людмилой нас связывают чувства, решил, что назад дороги нет. Люди встречаются, расстаются, и не всегда это зависит от них. Но Люде я, конечно, расскажу о сыне. Она меня поймет. Вы не представляете, какая это женщина. Она такая… понимающая, умница, сердечная. Я думаю, она не станет возражать, если я налажу связь с Соней. Мы можем вместе с Людой поехать в Назрань, встретиться и с Соней, и с Маратиком. Я буду им помогать… Боже мой, даже не верится, что у меня сын! Я вам не могу передать, что сейчас испытываю.
Честно говоря, я потрясен.
– Я вас очень понимаю как отец. Когда у меня появилась дочь, я тоже испытывал целую гамму чувств. В основном гордость, что у меня ребенок. А о жене и говорить нечего, она мне раз сто повторяла: «Представляешь, я ее сама родила!» Я сначала не мог понять, что она имеет в виду. Потом понял: рождение ребенка, по-моему, главное в жизни человека. Такое важное событие, что каждый может гордиться.
– Жаль, мне вас не понять, – с некоторым сожалением в голосе вмешался в разговор Грязнов.
– Еще не все потеряно. Можно и в восемьдесят зачать ребенка, – подбодрил товарища Александр Борисович."
"– Ну тогда хорошо, у меня времени еще вагон и маленькая тележка. Кстати, слышал теорию, что чем старше мужчина, тем умнее от него дети получаются. Заодно и проверим.
– Надо только жену молодую выбирать, чтоб побочных эффектов не было, отклонений каких-нибудь.
