Капитан Мороз сидел в кабинете, за обшарпанным столом из зеленого сукна, перебирая бумаги в картонной папке с чернильными пятнами. На его крестьянских руках - особенно на среднем пальце правой руки - тоже имелись подобные заметки. Не любил он эти записки, их скрип и таинственное предназначение....
– То, что ты хотел – схема внутренних помещений от проходной, через которую вы войдете, и до самой двери кассы. А вот это разовые пропуска на трех человек на сегодня. Войдете и осматривайтесь сколько влезет. Времени у вас на осмотр и подготовку будет часов до одиннадцати вечера. В половине одиннадцатого встретитесь с моим человеком. Там, на схеме, крестиком указано, где встретитесь.
– Как я его узнаю? Как он узнает, что я это я?
– Я тебе скажу, что шепнуть ему и что он ответит. Не ошибешься.
– А если он не придет?
– Значит, не судьба, Седой, – развел Гриб руками.
– Хотел бы я знать, что у тебя на роду написано, Гриб, – нехорошо ухмыльнулся Буторин. – Глядишь, и жить бы мне легче стало.
Буторин стоял у киоска возле проходной завода. Ничто не давало повода для беспокойства. Наверняка тут ошивался кто-то из шестерок Гриба. Но это неважно, пусть смотрят, если что увидят.
"Сосновский прошел проходную с пропуском двадцать минут назад.
Через час они встретились уже около помещений ОКБ-21.
