Капитан Мороз сидел в кабинете, за обшарпанным столом из зеленого сукна, перебирая бумаги в картонной папке с чернильными пятнами. На его крестьянских руках - особенно на среднем пальце правой руки - тоже имелись подобные заметки. Не любил он эти записки, их скрип и таинственное предназначение....
За дверью, куда Сосновский и Коган утащили Шелестова и Филонова, глухо и совсем тихо прозвучали два выстрела. Стреляли через шапку, зажав ею ствол. Лыков вздрогнул, услышав зловещий шепот Седого: «Теперь порядок». Инженер хотел выглянуть в коридор, но Буторин не дал ему этого сделать, прижав к стене и сунув под нос кулак: «Молчи, дурак»!
Они стояли, тяжело дыша, и ждали. Буторин ощущал, как колотится сердце у молодого человека. Да, нервишки у него не очень. Надо с него глаз не спускать, а то он дров запросто наломает.
– Какие ключи нужны? – спросил Сосновский. – Вот эти явно от сейфа!
– Да, точно от сейфа! – обрадовался Лыков.
– Где и как ты должен передать документы? – потребовал у Лыкова ответа Буторин, помогая открывать непослушный замок в двери кабинета главного инженера. – Сколько, к черту, нам надо мешков с собой тащить?
– Не так много, я сам все, что нужно, донесу. Это мое дело, – поспешно ответил Лыков, отпирая дверь."
"Буторин мысленно зарычал от злости. Сколько еще тянуть резину, как воздействовать на этого человека, чтобы заставить его назвать имя шпиона, узнать о месте встречи с ним, когда Лыков будет передавать ему документацию? «Черт, может, убить его прямо здесь? – мелькнула мысль.
– Да чтоб его! Нет документации! Куда он мог деть технические расчеты?
– Не тяни время, пошли! – прикрикнул на инженера Буторин.
Он буквально вытолкал его из кабинета главного инженера. В коридоре справа шумно вскрывали дверь кассы Коган и Сосновский, положив на пол два фонарика. Глаза Лыкова метались, он паниковал. Главный инженер куда-то дел самое ценное, что было в его сейфе для немцев, были кое-какие важные документы и в секретной комнате, и Лыков очень торопился ее открыть.
