Капитан Мороз сидел в кабинете, за обшарпанным столом из зеленого сукна, перебирая бумаги в картонной папке с чернильными пятнами. На его крестьянских руках - особенно на среднем пальце правой руки - тоже имелись подобные заметки. Не любил он эти записки, их скрип и таинственное предназначение....
– Лейтенант, начавший расстегивать шинель, обернулся и строго посмотрел на гостя.
– Меня прислала к вам ваша теща, – медленно, старательно выговаривая слова, начал говорить слова пароля Шелестов, – сообщить, что гуси здоровы. Ветеринар выдал справку.
– На справке не было печати, – чуть помедлив, ответил Филонов. – Теще придется ехать в город.
– Здравствуйте. – Максим улыбнулся и протянул лейтенанту руку. – Встретиться и поговорить нужно обязательно сегодня. Время не терпит!
– Да я понимаю. Как мне вас называть? – В глазах Филонова блеснул огонек азарта.
«А парень-то соскучился по настоящей работе», – понял Шелестов.
– Зовите меня Максим. Надеюсь, вам не надо напоминать, что о нашем знакомстве, нашей встрече и других наших делах говорить никому нельзя? Даже капитану Морозу. Законы оперативной работы!
Это напоминание Шелестов сделал потому, что блеск в глазах лейтенанта ему понравился и не понравился одновременно. Такой работой надо заниматься без азарта. Это не карточная партия и не лихая сабельная атака кавалерии.
Олег Иванович Карев шел по перрону, нетерпеливо вглядываясь в заиндевевшие окна вагонов. Десятый вагон. Да, Оксана должна быть в этом вагоне. Не любил он отпускать жену одну. Сейчас на железной дороге столько шпаны, карманников.
