Капитан Мороз сидел в кабинете, за обшарпанным столом из зеленого сукна, перебирая бумаги в картонной папке с чернильными пятнами. На его крестьянских руках - особенно на среднем пальце правой руки - тоже имелись подобные заметки. Не любил он эти записки, их скрип и таинственное предназначение....
И нужная информация уже через сутки попадет к авторитетным ворам в городе.
Карев поставил своих оперативников в ресторане и возле него таким образом, чтобы в случае заварушки, а она должна была произойти обязательно, группа могла уйти, а преследование уголовников, если таковое будет, можно было отсечь. Каким-то образом Кареву удалось договориться с милицией, чтобы сотрудники, не зная ничего об операции НКВД, подтянули к ресторану несколько патрулей. Правда, из-за милицейских патрулей уйти группе будет сложнее, но цель стоила такого риска.
"Сосновский и Коган заняли столик почти у самого окна. С одной стороны, за спиной у них была капитальная стена, так что с тыла не зайдешь, а с другой стороны, под боком был как бы запасный выход в виде окна в полный человеческий рост. Несмотря на то что на столе у этой парочки стояли и водка, и коньяк, и три вида вина, они больше налегали на еду, чем на алкоголь.
Дамочки с удовольствием бы задержались за столиком двух неулыбчивых мужчин, потанцевали бы с ними, а потом и не прочь были бы пригласить мужчин к себе, если они, конечно, не захотят отправиться в гостиницу. Но Коган и Сосновский своевременно пресекали все эти поползновения со стороны женщин, не давая повода надеяться на легкую любовную поживу и материальное вознаграждение.
– Обратил внимание, откуда пришла рыжая и куда вернулась? – спросил Сосновский, обсасывая перепелиное крылышко.
– Странная компания, – кивнул Коган, откинувшись на стуле и поднеся к носу бокал с вином. Он больше нюхал его, чем пил.
Компания за столом, куда вернулась женщина, подходившая и просившая Сосновского прикурить, была действительно странная. Из шестерых человек в ней были две женщины.
