Автор
Узнав о своей беременности, героиня оказывается в критической ситуации: тест показывает двойную полоску. Она находит мужа и знакомого мужчину — его новый любовник, но обнаруживая истинное лицо этого человека, решает поступить с необычным образом.
Класс!
Нам с Глебом теперь еще и переезжать придется, если Громов и дальше продолжит наседать на меня. Этого мне не еще не хватало.
И так голова пухла от всего навалившегося, а теперь еще и раскалывалась.
— Причин несколько, — поспешила я вернуться к опостылевшему диалогу.
Я была твердо убеждена, что не выйду отсюда без подписанного заявления. Если понадобится, буду с боем прорываться.
— Озвучь их, пожалуйста, — требовательно произнес Макар.
Взгляд его стал выжидательным, и это нисколько не способствовало моей решительности.
И все он прекрасно понимал. Знал о самой главной причине, потому что сам ею являлся.
Но нужно же потешить собственное тщеславие. Вынудить меня произнести это вслух, чтобы я указала на свое самое больное место.
— Я не понимаю, зачем тебе это знать? Кто ты такой, чтобы я делилась с тобой своими проблемами? — сощурилась, и Макар тотчас нашел ответ:
— Я должен убедиться, что твое решение основано не на одних эмоциях и личной неприязни. Уволиться ты всегда успеешь, а вот найти новое место работы с похожими условиями не так-то просто.
Не сдержавшись, я погано фыркнула.
Да что он знает о моих эмоциях? Если б догадывался, не стал бы ущемлять меня, пользуясь своим положением.
— Я все равно не понимаю, какое тебе дело до меня и моих решений... И с каких пор ты в альтруисты записался? Если хочешь помочь чем-то, так помоги. Подпиши заявление и разойдемся с миром, — не увидев никакой ответной реакции, я невольно раскрыла губы, испустила горький вздох и с мольбой посмотрела на него.
И наверное впервые за время нашего разговора Макар позволил себе опустить затуманенный взгляд ниже моего лица. Гораздо ниже. Как будто в моем скромном декольте он надеялся отыскать верное решение. Будто на моих ногах, обтянутых тонким телесным капроном, было что-то занимательное.
Подо мной будто угли раскалялись. Я заерзала на стуле, желая одернуть юбку вниз... Жалея вообще, что надела юбку. Додумалась же!
Неестественно прочистив пересушенное горло, я выдала резким тоном:
— Ты же понимаешь, я не смогу больше работать здесь! Это слишком для меня.
Макар наконец отвлекся от созерцания и вынырнул из задумчивости.
— Так...
