Лиза, казалось, была уверена в своей непогрешимости, даже когда судья поднял руку и объявил её виновной по двум статьям. Сидящая на скамье подсудимых Лиза держала руки за колени, взгляд же был устремлен на пол, словно скрещивая мольбы о прощении перед судом. Но её глаза, обычно выражающие уверенность и самоуверенность, сейчас были затачены и скрыты под густыми ресницами — атмосфера в зале была напряжённой и тягостно-истеричной....
И теряли близких так же, как и мы. Просто мы — победили, а они — нет.
Но это вовсе не означало, что мне настолько плевать и что я готов притащить в дом одну из них.
— Нет.
— Мэтт!
— Да с какого перепугу? Сдай ее кому-нибудь, кому оно надо. Мы вполне можем позволить себе горничную, благодарю.
— Да будь ты человеком! Это всего лишь женщина, одинокая и напуганная. Да еще и без магии! Она в этой войне потеряла едва ли не больше, чем ты! — вскипел Том.
И почти сразу осекся. Наверное, даже до того, как на моей физиономии проступила каменная маска.
Я молчал. И думал.
Том тоже молчал. И все больше нервничал, вглядываясь в мое лицо.
— Мэтт? Мэтт, прости, а? Ну я не…
— Давай сюда свою темную, — невыразительно произнес я, приняв решение, и, не дожидаясь реакции друга, стянул с его стола папку с ее личным делом.
А теперь мне предстояло принять на себя последствия этого решения. И если кто-то скажет, что семейный ужин совершенно не похож на столкновение сил темных и светлых — тот не ужинал с семейством Тернер.
Когда я зашел в столовую, все уже были в сборе. В воздухе потрескивала гроза, и я даже испытал нечто похожее над предбоевой азарт с его выбросом адреналина. Мать сидела, поджав губы. Камилла скучающе теребила салфетку. У погодок Абигайль и Синтии, похожих как близнецы, глаза блестели от возбуждения.
Не обращая на все это ни малейшего внимания, я прошел на свое место и, не поддаваясь на провокации, потянулся к блюду с мясом. И только когда я закончил накладывать и даже отправил первую ложку в рот, до матушки дошло, что первым начинать витающий в воздухе разговор я не планирую (я враг себе, что ли?).
— Мэттью, ты не хочешь нам ничего объяснить?
— Не хочу, — буркнул я. — Но разве у меня есть выбор?
Старшая из младшеньких от души пнула меня под столом. Я скривился и великодушно поделился:
— Как я уже сказал, Том попросил меня о помощи в его программе, и я согласился.
— Дорогой, тебе не кажется, что подобные решения ты должен согласовывать с нами?"
"— Она никого не потеснит, никаких вложений не потребует, окажет помощь в ведении хозяйства. Решение каких бы то ни было проблем, которые могут быть с ней связаны, ложится исключительно на меня.
