Оказавшись на стороне проигравших в войне между тьмой и светом, Лиза Миллс потеряла всё: свободу, семью, магию и саму себя. Теперь ей предстоит найти в себе силы для прощения и возрождения, чтобы понять, возможна ли вторая жизнь после падения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Прости меня, если сможешь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Оказавшись на стороне проигравших в войне между тьмой и светом, Лиза Миллс потеряла всё: свободу, семью, магию и саму себя. Теперь ей предстоит найти в себе силы для прощения и возрождения, чтобы понять, возможна ли вторая жизнь после падения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Оказавшись на стороне проигравших в войне между тьмой и светом, Лиза Миллс потеряла всё: свободу, семью, магию и саму себя. Теперь ей предстоит найти в себе силы для прощения и возрождения, чтобы понять, возможна ли вторая жизнь после падения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потому что при упоминании ветшающего особняка родители мрачнели, начинали терзаться чувством вины, но все равно не находили ни желания возвращаться на окраину, ни свободных денег, которые можно было бы выделить на поддержание дома в достойном состоянии. А потом началась война, и всем окончательно стало не до поместья.
Я вспомнил о нем несколько недель назад, наткнувшись на альбом с детскими фотографиями. Среди них — я, лет шести от роду, на руках с совсем мелкой Камиллой в многочисленных рюшах, сидел на ступеньках высокого крыльца, ведущего на увитую плющом веранду. И мне вдруг вспомнилось, как я любил эту веранду, особенно летом, когда на белом железном столе с причудливыми завитушками стоял графин со свежим лимонадом.
План побега из дома, от душащих стен и бесконечной опеки начал зреть медленно, но неотвратимо, а предложение Тома стало финальным и самым важным штрихом — темная была гарантией того, что за мной никто не сунется.
Правда, я думал, что за ближайшую пару недель наведаюсь в родовое гнездо и организую там условия для жизни хотя бы в паре комнат, но… нет, так будет даже лучше.
— Мэтт, ты не можешь там жить в принципе, и ты не можешь там жить с ней! — возмутилась матушка. — Последний раз мы с отцом там бывали еще до войны, и уже тогда дом был абсолютно непригоден для жизни!
— Ма, при всем уважении, твоя характеристика «непригодности для жизни» может означать отсутствие окон, выходящих на солнечную сторону, или там… — я покрутил рукой, подбирая что-нибудь столь же нелепое, но чрезвычайно веское, — поскрипывающий пол.
Камилла хихикнула и тут же заткнула себя стаканом воды, а Синтия спряталась за салфеткой. Все семейство прекрасно помнило — когда у нас внезапно стала скрипеть лестница, маман не могла угомониться, пока лестницу не поправили, и без конца возмущалась, что «в этом доме невозможно находиться!»
— Не передергивай! Ох, Мэтт, ну одумайся. Зачем тебе это нужно? Мне тяжело это признавать, но Синтия права — Уизел-холл сейчас просто развалина. И потом… оставаться один на один с темной. В твоем состоянии…
Она осеклась, и я привычным усилием подавил волну бессильного бешенства, зарождающегося в груди.
— Я способен в случае необходимости справиться с одной, лишенной магии женщиной, благодарю за заботу. Я принял решение и не собираюсь его менять, завтра мы уезжаем.
Я поднялся из-за стола, бросив салфетку в недоеденное мясо.
— Мэтт! Ужин!..
— Я сыт.
По горло.
Дверь в отцовский кабинет скрипнула, открываясь, и я метнул в нее бешеный взгляд. Можно было бы и запереться, но тогда я окончательно чувствовал бы себя неуравновешенным подростком, вроде младших сестричек.
Впрочем, злость быстро угасла, когда в комнату вплыл поднос, а за ним Камилла.
