Лиза, казалось, была уверена в своей непогрешимости, даже когда судья поднял руку и объявил её виновной по двум статьям. Сидящая на скамье подсудимых Лиза держала руки за колени, взгляд же был устремлен на пол, словно скрещивая мольбы о прощении перед судом. Но её глаза, обычно выражающие уверенность и самоуверенность, сейчас были затачены и скрыты под густыми ресницами — атмосфера в зале была напряжённой и тягостно-истеричной....
Потому что вчера мы успели только распаковаться, проветрить и слегка вымести комнаты, приготовить постели и навести что-то вроде порядка на кухне. Запрусь в ванной и не выйду оттуда, пока: а) не остыну и б) не отдраю все до такой степени, что там действительно можно будет мыться, а не плесень собирать мочалкой. Правда, я не уверена была, какой из этих пунктов наступит раньше. Потому что зла я была — очень.
Казалось бы, ну орет и орет по ночам — какое мое дело, что там с этим типом, мне с ним детей не рожать. Но…
Вчера, после беспокойных мыслей перед сном, его вопль разбудил меня, и я спросонок рванулась на крик еще на военных, дотюремных рефлексах — на помощь, как к своему.
Идиот. И я дура. СтОим друг друга однозначно!
А теперь он сидел за столом все с тем же «тазиком» и все с той же спокойно-ироничной улыбкой на губах и желал мне доброго утра!
Ну не гад ли?!
Я замерла.
Вот и посидела в одиночестве!
Я настороженно остановилась на пороге кухни. Не то, чтобы я ждала, что меня сейчас выставят и отсюда…
Но пойти мыть ванную я вполне могу и без завтрака!
Моя злость требовала выхода, а ванная комната генеральной уборки, так что…
Потом поем.
Но не успела я развернуться, как светлый снова меня окликнул.
— Лиза, доброе утро! — впрочем, агрессии или злости в его голосе, несмотря на нажим, не прибавилось, и я сделала над собой усилие.
— Доброе утро, Мэттью, — я улыбнулась так ослепительно, что мужчина напротив аж прищурился.
Ясно же, что человек пытается сделать вид, что ничего не было — так не будем обострять.
— Как спалось? — безмятежно поинтересовался светлый.
Нет, вы посмотрите на него!
— Вы…
— Ты.
— Ты…
— Вы.
— Вы… — я осеклась. Прикрыла глаза. Вдохнула. Выдохнула. Задавать вопрос уже не было смысла, и так ясно — издевается.
И я, так ничего и не сказав, отвернулась готовить свой кофе.
— Лиза, — почти сразу прозвучало мне в спину, я непроизвольно дернула плечом, но не обернулась. — Лиза, посмотри на меня, пожалуйста.
Я скрипнула зубами, но… приказ есть приказ. Помни об этом, темная ведьма. Он приказывает — ты подчиняешься. Молча.
Дождавшись, пока я подниму на него глаза, светлый улыбнулся и произнес:
— Извини, я не должен был на тебя кричать.
Я удивленно сморгнула. Извиняется?
Сначала издевается, потом извиняется… что вообще в голове у этого типа? Господи боже, дай мне сил и волшебный напильник. Срезать эти дурацкие браслеты и свалить из этой сумасшедшей страны.
