Не жалость слезливая, не раскудахтывание над его трудностями и тягостями, над чужим горем, от которого кудахчущий, слава богу, далеко и его это не касается, что ж не попереживать отстраненно!
Ему, доктору Больших, очень надо, чтобы кто-то побыл с ним душой рядом! Пусть ненадолго, пусть через тысячи километров, но прикоснулся душой!
И он знал только одного человека, способного на это…
Очень непорядочно, по-свински, эгоистично и по-мужски потребительски!
Да!
Уйти от нее так однозначно, так бесповоротно отринуть все, что она предложила, — и позвонить, когда ему не в меру хреново?
Да!
Потому что здесь, в этом месте, отстоящем в необозримой дали от цивилизации с ее условностями, глупыми страхами, комплексами и мелочными обидами, с правилами межличностных игр, в чистом, незамутненном состоянии прояснившегося ума и души, Степан Сергеевич Больших честно признался себе: «Мне нужна Стаська! Вся! И лучше навсегда!»
А еще у него были номера всех ее телефонов, добытые путем простых логических размышлений и одного действия.
А именно: он позвонил в тот же вечер, когда ушел от нее, Лешке Хромову и поинтересовался, не оставила ли девушка, что привезла вместе с ним Василия Федоровича в больницу, свои телефоны?
Оставила. И Лешка продиктовал номера сотового и домашнего.
Степан занес их в память своего мобильного, но ночью решил удалить. Зачем? Он принял решение, расставил все точки на нужные места! Что еще? Дружеское перезванивание? Не тот у них вариант! И дружба не та!
Посмотрел на светящийся экран мобильника, где призывно к действию чернела запись: «Стася» и ее номера, — и не удалил.
Вообще связи здесь тоже не было — высокогорное Средневековье, что удивляться! Но у него имелся полевой спутниковый телефон."
"Он сел на заскрипевшей от движения кровати и быстро посмотрел на ребят — спавшие по другим кроватям как упали, так и не двинулись. Какой там скрип! Артналет их не разбудит!
И быстро, не давая себе возможности передумать, набрал Стаськин домашний номер телефона.
Долго не отвечали, он собрался сбросить набор и тут услышал ее недовольный, громкий голос:
— Да!!!
Сердце икнуло, вздохнуло и глухо заколотилось в грудную клетку.
Самое странное, что за всеми мучительными размышлениями, выводами, подтолкнувшими к действиям, он не ожидал, что действительно ее услышит, и так четко, словно она рядом.
Здесь. С ним.
— Привет, — сказал он хрипло.
Услышал тишину и подумал, что сейчас она бросит трубку.
