— Тебе придется встать и закрыть за мной дверь, — поцеловав ее еще раз, объяснил Степан с сожалением: так не хотелось ему будить ее окончательно.
Стаська сонно отозвалась, не открывая глаз:"
"— В верхнем ящике тумбочки в прихожей вторые ключи. Возьми и закрой сам.
— Спи, — сказал он улыбаясь и поцеловал еще раз.
Напоследок.
Улыбка пристроилась на его лице и в душе основательно, он никак не мог перестать улыбаться и когда сел в машину, и когда осторожно выезжал из загроможденного автомобилями двора на проезжую часть.
Невозможно было перестать улыбаться и чувствовать звенящее счастьем тело, разум, сердце, когда перед глазами проносились кадр за кадром их ночь, и Стаськины то смешливые, то потрясенные, то наполняющиеся слезами от переживаемого глаза цвета темного меда.
Зазвонил один из сотовых, выложенных им сразу, как только сел в машину, на торпеду. Не служебный.
И на том спасибо — сейчас и в «бой» ему, мягко говоря, не потянуть!
Он посмотрел на определитель номера, и так хорошо пристроившаяся на лице улыбка потухла сама собой — звонили с Вериного домашнего телефона.
— Да! — ответил Степан.
— Степан Сергеевич? — спросила Ольга Львовна осторожно.
— Да, — предчувствуя грядущее, помрачнел Степан.
— Степан Сергеевич, вчера Веру увезли на «скорой» в больницу, — разрыдалась Ольга Львовна. — Ей совсем плохо стало, она сознание потеряла, я и вызвала. Я с ней поехать не могла, Ежика оставить не с кем, а по телефону они справок не дают. И до вас я никак не могла дозвониться!
Да, неслужебный, телефон для личных звонков, он отключил, когда они со Стаськой перебирались с дивана на кровать, и включил только сегодня, когда одевался в прихожей и привычно проверял содержимое карманов и поступившие звонки и сообщения на телефоны.
— Ольга Львовна, вы успокойтесь. А то Ваньку совсем напугаете. В какую больницу ее увезли?
Она сказала номер больницы и продиктовала не нужные Степану номера справочных телефонов. Он выслушал не перебивая.
— А вы сказали врачам скорой, что она обследовалась в другой больнице у конкретного врача? Ее бы госпитализировали туда.
— Она не ходила! — призналась Ольга Львовна и стала по новой всхлипывать. — И вам не призналась! Говорит, незачем понапрасну беспокоить знакомых Степана и его самого! Сходила в нашу поликлинику, ей терапевт дала направления на анализы.
— Диагноз тоже терапевт ставила? — суровым докторским тоном расспрашивал Степан.
