Мирабелла Георгиевна Заречная обнаружила себя в ловушке обычной повседневности. Вдруг оказалось, что прожила жизнь как волшебницей, но без волшебства вокруг не видела и не знала. Теперь перед ней стоит выбор: продолжать тщетные попытки вернуть то, что ушло, или позволить жизни сама собой развиваться, открывая новые пути и возможности?...
– Можно ближе посмотреть?
– Можно хоть нос к стакану прижать, – ответил он.
– Ничего не пойму, как ты это делаешь? Я же так внимательно смотрю! Вроде я точно уверена, что шарик – под этим стаканом, и ни разу не угадала.
– Хочешь, расскажу, в чем дело? – улыбнулся он.
– Конечно.
– Дело в том, что ты не угадаешь никогда в жизни, где шарик, потому что его там и нет! Задача играющего – сделать «наметку», изобразить, что шарик – под одним из стаканов, чтобы клиент уверенно заявил, что угадал.
– И?..
– И спрятать его в ладони.
– То есть шарика вообще нет – ни под одним из трех стаканов?! – ахнула Мирабелла.
– Вот именно!
– Но ты же показываешь потом, где он…
– Я, поднимая стакан, незаметно подбрасываю его туда.
– Ничего себе – незаметно… Это потрясающе! Я не вижу ни как ты его прячешь, ни как кладешь обратно. Я дура? – спросила Мирабелла.
– Белла, это же результат многолетней тренировки и ловкости. Этого не увидит никто. Все многократно отрепетировано перед зеркалом.
– Ты можешь быть карманником! С такими‑то руками! – в восхищении проговорила она.
Максим рассмеялся:
– Ты так восторженно об этом говоришь, словно стать карманником – это высшая ступень человеческого развития. Да, конечно, я мог бы стать лучшим «щипачом» в мире, но никогда к этому не стремился. Я заработал много денег честным путем. Зачем мне чужой кошелек?
– А ты много фокусов знаешь? – все еще не могла прийти в себя Мирабелла. Ее интересовало в этом мужчине все без исключения.
– Очень много, только не проси меня показывать их у этой помойки.
Ситуация смутила их обоих. По выражению глаз Максима стало понятно, что и с ним нечто подобное произошло впервые. И он явно не знал, что делать. Белла затаила дыхание…
– Пойдем на точку, – наконец вымолвил он. – Не целоваться же нам у помойки?.. Не самое романтичное место на свете…
– Да, пойдем! – кивнула Мирабелла, переводя дыхание.
– Туда, где за всем происходящим будет наблюдать Геннадий, – пояснил Максим.
– Так Гена сам пришел? – обрадовалась Белла.
– Конечно! Это же его идея! Мы всего лишь помогаем ему. Он там точно будет. Мы с тобой в полной безопасности.
Они вышли на площадь перед Киевским вокзалом.
– Мне так страшно, – вдруг поежилась Мирабелла, – тут столько людей, а мы собрались их дурить…
– Я понимаю. Я‑то привык к публике.
