Костя Воронцов — странний мальчик... На 1 сентября 2003 года, федеральная трасса Ставрополь-Кизляр. Моджахед оказался в тюрьме, сезон закончился. Арабы не платят за услуги, война уже ищет другого места. Дома теперь полны бардака, денег нет ни цента. Время летит, а работающих мальчиков на дорогах уже ждут тяжёлые будни — без «зелени» и «тумана»....
Оно там существовало самостоятельно, в виде фигурной вывески на входе какого-нибудь кинотеатра, но при этом медленно вращалось во все стороны и вокруг своей оси. «Акванавты» – это не те, которых недавно вся страна ловила, а настоящие, что на глубине работают. Самая близкая и доступная ассоциация. Потому что чувствовал я себя, как будто в глубоководном скафандре угодил на дно Марианской впадины...
Всё вокруг плыло и качалось, звуки были низкими и тягучими, краски расплывались, обычные предметы утрачивали форму, плавно меняли размеры и складывались в какие-то причудливые фигуры.
И было весело! На душе стало спокойно, легко, все страхи вдруг пропали. Хотелось глупо смеяться и шутить с теми, кто был вокруг меня, – они внезапно показались мне милыми и добрыми людьми.
– Это ты? – спросил откуда-то издалека сидевший со мной плечом к плечу Вася Крюков.
– Вася, – медленно сказал я, не узнавая своего голоса. – Ты пухнешь, Вася...
Вася точно – пух. У него голова разбухала, как надуваемый могучим атлетом шарик, а потом опять собиралась в кучу. Атлет забывал зажимать горловину, когда набирал в лёгкие воздух... Ха-ха! Это было классно!
– Не болтай, – сказал кто-то. – Говорить будешь, когда спросят.
Ладно. Я был послушен, как отличник на госэкзамене, которому за примерное поведение пообещали золотую медаль. Милые люди сказали помолчать – сколько угодно! И без слов всё здорово, всё вокруг такое цветное, объёмное и плавающее...
Потом было какое-то помещение, яркий свет, какие-то разговоры. Вася выдвинул мысль насчёт того, что неплохо было бы пожрать. Я был солидарен, но постеснялся поддержать боевого брата. Меня с детства так воспитали: если ты не дома, не проси ничего, пока не предложат.
"Потом вдруг выяснилось, что среди нас откуда-то взялся генерал. Это было странно, но почётно. Генералы с кем попало не общаются, значит, мы славные парни. Меня немного смущало то, что генерал был бригадный. Я всё никак не мог вспомнить, входит ли наша группировка в НАТО. Это же ведь у нас просто генералы, а у них там – бригадные.
